Мифы народов Европы и Америки
Боги и герои Древнего Рима
56. В Риме уничтожается царская власть

56. В Риме уничтожается царская власть

Тарквиний Гордый и его дети. Правил когда-то в Риме царь по имени Тарквиний. Был он седьмым римским царем, считая от Ромула, и превзошел всех жестокостью и высокомерием. Римляне дали ему прозвище “Суперб” (“Гордый”). Много преступлений совершил Тарквиний.

Власть он получил, убив своего предшественника, одних казнил, других заставил бежать в чужие страны. Его всегда окружал отряд воинов-телохранителей: не доверял царь своим подданным и боялся их. Такими же были его сыновья, а особенно — младший, по имени Секст Тарквиний. Однажды заспорили царские дети,— кто из них будет править в Риме после смерти отца. Не смогли они сами ни о чем договориться и решили отправиться за море, в Дельфы, к оракулу Аполлона.

Луций Брут и оракул. Отправляясь в путь, царские сыновья взяли с собой Луция Брута, двоюродного брата. Родители его были убиты по приказу Тарквиния, а сам Луций остался живым только потому, что все считали его глупым: его прозвище “Брут” означало “Тупой”. На самом деле он притворялся глупым, чтобы его не убили, и дожидался своего часа. Царские сыновья взяли его с собой ради потехи. Вошел Брут вместе с ними в храм Аполлона и услышал слова оракула: “Тот из вас будет править в Риме, кто первым поцелует свою мать”. Обрадовались царские дети ответу — и быстрее, спеша обогнать друг друга, устремились к кораблям, чтобы отплыть назад в Италию и раньше других увидеть мать. Лишь Брут немного отстал от них,— и дождавшись, когда они скроются из виду, нагнулся и поцеловал землю, ведь земля — Общая Мать всего живущего. Только один Брут правильно понял предсказание.

Спор о женах. Когда Брут и царские сыновья вернулись в Рим, войско как раз выступало в поход против соседнего города Ардеи; отправились на войну и царские сыновья. Война была долгой. Римляне осадили Ардею, горожане которой никак не хотели сдаваться. Долгие вечера осады царские сыновья проводили в попойках и развлечениях. Однажды, когда было выпито уже много вина, возник спор: чья жена лучше? Каждый из царских сыновей пытался доказать, что лучше и вернее его жены нет на свете. Спор становился все яростнее, но вдруг царский родственник по имени Коллатин, до сих пор молчавший, сказал: “К чему все эти споры? Достаточно нам сесть на коней — и вскоре мы окажемся в Риме, где убедимся, что нет жены лучше, чем моя Лукреция”. “Едем!” — дружно воскликнули все остальные. И вот под покровом темноты группа всадников понеслась в сторону Рима. Что же они там увидели? Жены царских сыновей проводили время на веселом пиру, где рекой лилось вино и играла музыка; Лукреция же, как и положено было верной жене, сидела дома, пряла шерсть и думала о муже.

Последнее преступление. Пришлось царским сыновьям признать первенство Лукреции, но затаили они ненависть к Коллатину, особенно — Секст Тарквиний. Несколько дней спустя он снова приехал в дом Коллатина, а ничего не подозревавшая Лукреция радушно приняла гостя... Ночью, когда все спали, с мечом в руках ворвался Секст в спальню Лукреции и, угрожая смертью, начал принуждать ее забыть о супружеском долге. Лишь утром Секст Тарквиний покинул дом, в котором так подло нарушил обычаи гостеприимства, а Лукреция, вся в слезах, немедленно отправила гонца к мужу, прося его поскорее приехать. Встревожился Коллатин и немедленно выехал в Рим; вместе с ним поехал и Брут. Рассказала Лукреция им о том, что произошло ночью, а потом сказала: “Вам решать, что причитается Сексту Тарквинию за его преступление, а себя я, хотя и не виновата в грехе, от наказания не освобождаю. Не хочу я пережить свою честь!” Выхватила Лукреция спрятанный под одеждой кинжал — и вонзила в сердце. Никто не успел ей помешать. Пораженный горем, стоял Коллатин над телом мертвой жены, а Брут наклонился, извлек из ее сердца кинжал и произнес: “Беру в свидетели всех богов и клянусь этой чистейшею кровью, что отныне огнем и мечом буду преследовать царя Тарквиния и все его преступное потомство. Я не потерплю на царстве в Риме ни его, ни кого-нибудь другого!”

Изгнание царей. Поднял тут убитый горем Коллатин на руки тело Лукреции, а Брут пошел впереди него, неся в руке окровавленный кинжал, и так вышли они на площадь. Все, кто встречался на пути, присоединялись к ним; большая толпа вооруженного народа собралась на площади, все пылали негодованием. И решили римляне изгнать из города ненавистного царя.

Тарквиний Гордый поспешил в Рим с отрядом своих телохранителей, чтобы подавить восстание и казнить зачинщиков. Но римляне заперли перед ним ворота.

А пока Тарквиний уговаривал впустить его в город, Брут другой дорогой отправился в военный лагерь под Ардею, и там воины с радостью поддержали восставший народ. Так остался Тарквиний и без царства, и без армии.

Решили римляне теперь избирать не царя, а двух правителей-консулов. Причем, только на один год и только один раз в жизни. Первыми консулами римляне избрали Луция Брута и Коллатина, а римское государство стало называться “республика”, что в переводе означает “общее дело”.

© 2000- NIV