Мифы народов мира
Статьи на букву "А" (часть 10, "АРТ"-"АСТ")

В начало словаря

По первой букве
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "А" (часть 10, "АРТ"-"АСТ")

АРТУР

АРТУР (Arthur, одна из этимологии - от кельт, artos, «медведь»), герой кельтской мифо-эпической традиции, впоследствии персонаж европейских средневековых повествований о рыцарях Круглого стола, Граале и др. (« артуровские легенды», «артуровский цикл сюжетов»). Образ А. принадлежит кельтской традиции в двух отношениях: наличия его реального исторического прототипа и участия в складывании легенды о короле А. (далеко вышедшей за рамки деятельности реального лица) тем и мотивов кельтской мифологии. Хотя наиболее прочно традиция об историческом А. укоренилась в юго-западной Британии, самые ранние упоминания ассоциируют его с севером острова, где А., знатный вождь кельтов-бриттов, был в кон. 5 - нач. 6 вв. одним из предводителей их борьбы против англосаксонского вторжения в Британию. В последующие века образ А. бытует преимущественно ской хроники Британии, рубеж 8- 9 вв., в «Триадах острова Британии», в валлийской повести «Куллох и Олуэн», в сочинениях английского хрониста 12 в. Джефри Монмаутского) существенно новый облик: из кельтского военного предводителя он превращается в мудрого короля, окончательно устанавливается его происхождение от короля Утера Пендрагона и Игрейны, число его подвигов и выдержанных им сражений и т. д. Облик А. и события, в которых он участвует, пронизываются множеством элементов кельтской символики и мифа. Не позднее 11 в. легенды об А. широко распространяются на континенте среди кельтского населения Бретани, а затем воспринимаются и во многом переосмысливаются средневековой рыцарской литературой. Историческая реальность А. отступает на второй план, на предания об А. заметное влияние оказывают куртуазная рыцарская среда и мир христианских представлений, происходит циклизация легенд об А. с другими сюжетами (о Граале и др.). Мир артуровских легенд сам приобретает мифологические черты. При этом образ А. оказывается в центре «кельтского варианта» имеющей широкое распространение мифилогемы о правителе мира, деградации и фатальной гибели его царства, несмотря на поиски очищающего контакта с неким универсальным принципом (в данном случае Граалем). Гибель и исчезновение правителя оказываются всё же временными, и мир ожидает его нового появления. Мифологема становится полем для органичного слияния элементов разных традиций при огромной роли собственно кельтской.

По легенде, А. утвердил своё владычество над Британией, сумев вытащить из-под лежащего на алтаре камня чудесный меч или добыв при содействии мага Мерлина, валлийского Мирддина, меч владычицы озера, который держала над водами таинственная рука (название меча «Экскалибур», лат. Caliburunus, валлийск. Caledvwlch; ср. Caladbolg - меч Фергуса, героя ирландских саг, или чудесный меч Нуаду, один из талисманов ирландских Племён богини Дану, см. в ст. Кельтская мифология). Он основывает резиденцию в Карлионе, отмеченную явной символикой центра мира, таинственного и труднодостижимого. Во дворце А. (Камелоте) установлен знаменитый Круглый стол (сведения о нём впервые появляются у авторов на рубеже 12 и 13 вв.), вокруг которого восседают лучшие рыцари короля. Центром пиршественного зала был добытый А. при путешествии в Аннон (потусторонний мир) магический котёл (символика магического котла играет большую роль в ирландской мифологии). Кульминация многочисленных подвигов рыцарей короля - поиски Грааля, героями которых были прежде всего Персеваль (валлийск. Передур) и Галахад. Закат королевства, гибель храбрейших рыцарей знаменует битва при Камлане, где А. сражается со своим племянником Мордредом, который в отсутствие короля посягнул на его супругу Гиньевру (валлийск. Гвенуйфар); Мордред был убит, а смертельно раненный А. перенесён своей сестрой феей Морганой (предтеча этого образа - ирландская богиня войны и смерти Морриган) на остров Аваллон, где он и возлежит в чудесном дворце на вершине горы (ранняя традиция валлийских бардов не знает родственных отношений А. и Мордреда, как и предательства последнего, а сообщает лишь, что оба пали в битве при Камлане).

С. В. Шкунаев.

В эволюции артуровских легенд отразился путь от мифа к литературе (через фольклор). Важнейшие этапы её развития в средние века - стихотворный рыцарский роман Кретьена де Труа (Франция, 12 в.), Гартмана фон Ауэ (Германия, кон. 12 - нач. 13 вв.), Вольфрама фон Эшенбаха (Германия, нач. 13 в.), английский рыцарский роман в стихах «Сэр Гавейн и Зелёный рыцарь» (14 в.), роман «Смерть А.» Т. Мэлори (Англия, 15 в.). В 16-17 вв. образ А. использовали Э. Спенсер в аллегорической поэме «Королева фей», Дж. Драйден в либретто оперы «Король А.», в 19 в.- английский поэт А. Теннисон (цикл поэм «Королевские идиллии»), У. Моррис (поэма «Защита Гиньевры»), Р. Вагнер (оперы, связанные с «артуровским циклом», - «Лоэнгрин», «Тристан и Изольда» и особенно «Парцифаль»), английский поэт А. Ч. Суинберн (поэмы), М. Твен (давший в романе «Янки при дворе короля А.» пародийно-сатирическое преломление артуровских легенд), в 20 в. - американский поэт Э. А. Робинсон (стихотворная трилогия), французский писатель Ж. Кокто («Рыцари Круглого стола»), английский писатель Т. Уайт («Король в прошлом и король в грядущем»). В изобразительном и пластическом искусствах - мозаика собора в Отранто (Италия), рельефный декор дверей собора в Модене (Италия), многочисленные скульптурные изображения, средневековые миниатюры, в архитектуре - «двор Артуса» в Гданьске, 14 в., Дом черноголовых - «двор короля А.» в Риге, 14 в., и др.

Лит.: Михайлов А. Д., Артуровские легенды и их эволюция, в кн.: Мэлори Т., Смерть Артура, М., 1974; Потанин Г. Н., Восточные мотивы в средневековом европейском эпосе, М., 1899; Jones W. L., King Arthur in history and legend, Camb., 1911; Bruce J. D., The evolution of Arthurian romance..., v. 1-2, Gott.-Balt., 1923; Arthurian literature in the middle ages, ed. by R. S. Loomis, Oxf., 1959.

АРТХУРОН

АРТХУРОН (букв. «огонь солнцевич»), в осетинской мифологии божество, насылающее накожные болезни. Но А. может просить верховное божество о ниспослании людям богатства и всякого благополучия. В какое-то время А. выпал из осетинского пантеона, но память о нём сохранилась в названии («А.») большого ритуального пирога, приготовляемого в каждой семье под Новый год.

б. к.

АРУНА

АРУНА (хетт. Aruna, «море», «океан», родственно др.-инд. arnava, «море»), в хеттской мифологии бог моря (мировой океан). Обычно упоминается в конце перечислений богов пантеона. Сохранился миф эпохи Древнего царства о том, как А., поссорившись с людьми, увёл к себе бога солнца (известен и более поздний, переведённый с хурритского текст, согласно которому тот сам приходит в гости к А.). Бог грозы посылает бога плодородия Телепинуса вернуть его, и А., испугавшись, возвращает бога солнца и отдаёт свою дочь в жёны Телепинусу.

Лит.: Луна, упавшая с неба. Древняя литература Малой Азии, М., 1977, с. 54. 154-55.

В. Я.

АРУНА (др.-инд. Aruna, собств. «красноватый»), в ведийской и индуистской мифологии божество рассвета; в этой его функции ему предшествовала Ушас. Представлялось в виде колесничего Солнца, пребывающего на Востоке. А. известен главным образом из эпоса. А. - сын Кадру или Дану (в пуранах) и Кашьяпы, внук Дакши. В «Махабхарате» (I) мать А. Вината разбивает в нетерпении снесённое ею яйцо, где находился наполовину развившийся А.; он проклинает её за своё уродство и предрекает ей рабство. Другие имена А. - Ариштанеми, Румра и др.

В. т.

АРУПАП

АРУПАП - в абхазской мифологии и фольклоре злая старуха-колдунья, хитрая и коварная людоедка. Безобразна, костлява, с дряхлым лицом, со свисающими огромными грудями, с длинными распущенными волосами. А. с помощью волшебной плети превращает людей и животных в камень, меняет облик предметов. Если герою удастся приложиться к её груди, он становится её молочным сыном, а она - невольной его помощницей; она может подсказать ему, как победить адау или агулшапа.

х. б.

АРУРУ

АРУРУ (аккад.), в аккадской мифологии богиня-мать, создающая из глины Энкиду (эпос о Гильгамеше «О всё видавшем»), а также создательница людей, определившая их судьбы (согласно некоторым вариантам мифа о сотворении людей). Вероятно, божество дошумерского происхождения.

В.А.

АРХАНГЕЛЫ

АРХАНГЕЛЫ (греч. άρχάγγελοι, «ангелоначальники»), в христианских представлениях старшие ангелы; в системе ангельской иерархии, разработанной византийским богословом Псевдо-Дионисием Ареопагитом (5- нач. 6 вв.), А. - восьмой из девяти чинов ангельских (занимают иерархическое место ниже властей и выше собственно ангелов). Термин «А.» появляется впервые в грекоязычной иудейской литературе предхристианского времени (греч. извод «Книги Еноха» 20, 7) как передача выражений вроде sar haggadol («великий князь») в приложении к Михаилу ветхозаветных текстов (Дан. 12, 1); затем этот термин воспринимается новозаветными авторами (Иуд. 9; 1 Фесс. 4, 16) и более поздней христианской литературой. Древнее предание, восходящее к ветхозаветным представлениям, говорит о семи А. (ср. Тов. 12, 15; ср. также зороастрийское представление о семи Алеша Спента); из них общераспространённая ортодоксальная традиция называет по именам трёх. Это Михаил - небесный «архистратиг» (греч. «верховный военачальник»), полководец верных богу ангелов и людей в космической войне с врагами бога, победоносный антагонист дьявола (Апок. 12, 7), покровитель и как бы ангел-хранитель «народа божьего» (в Ветхом завете - Израиля, в Новом завете - «воинствующей церкви», т. е. совокупности всех верующих); Гавриил, известный преимущественно своим участием в благовещении; Рафаил - А.-целитель, спутник Товии из ветхозаветной Книги Товита. В позднеиудейских и христианских апокрифах встречаются и другие имена: Уриил, Салафиил, Иегудиил, Варахиил, Иеремиил. Изображение А. в искусстве см. в ст. Ангелы.

Лит.: Rentier А. М., Der Erzengel Michael in der Geistes- und Kunstgeschichte, Saarbrdcken, 1927; Kehnscherper G., Michael. Geist und Gestalt..., В., [1957].

C. A.

АРХАТ

АРХАТ (санскр. arhat. пали arahant, букв. «достойный»), в буддийской мифологии: 1) эпитет будды; 2) в мифологии хинаяны человек, который достиг наивысшего уровня духовного развития, т. е. нирваны. Путь к достижению состояния А. разделяется на четыре уровня: «вступившего в поток», «возвращающегося один раз», «невозвращающегося» и «архата». А. считались главные ученики Шакьямуни (в т. ч. и женщины) - Ананда, Маудгальяяна, Шарипутра и др., а также многие буддисты последующих поколений. В махаяне состояние А. (т. н. нирвана шраваков) не считается конечным пределом развития личности, и поэтому А. должны продолжать свой путь как бодхисатвы.

Лит.: Сопге Е., Buddhism. Its essence and development, N. Y., 1951, p. 93-95; Encyclopaedia of Buddhism, v. 2, fasc. 1. Ceylon, 1966, p. 41-54.

Л. М.

АРХЕЛАЙ

АРХЕЛАЙ (Άρχέλαος), в греческой мифологии сын одного из потомков Геракла Темена. Изгнанный своими братьями из Аргоса, А. пришёл в Македонию, где правил царь Кисеей. Когда враги окружили его царство, он обратился за помощью к А., пообещав ему в награду за спасение свой город и царство. А. победил врагов Киссея и спас его. Однако, попав под влияние своих советников, Кисеей решил не выполнять обещание, а убить А. На пути, по которому А. возвращался, была вырыта яма, её наполнили горячими углями и прикрыли лёгкими ветвями. Предупреждённый оракулом об опасности, А. избежал западни и отправился по дороге, которую указала ему коза. Дорога привела А. к месту, где он основал город, названный им Эга («коза») (Hyg. Fab. 219). А считался мифическим предком Александра Македонского.

М. Б.

АРХЕТИПЫ

АРХЕТИПЫ (греч. άρχέτυπος, «первообраз»), широко используемое в теоретическом анализе мифологии понятие, впервые введённое швейцарским психоаналитиком и исследователем мифов К. Г. Юнгом. У Юнга понятие А. означало первичные схемы образов, воспроизводимые бессознательно и априорно формирующие активность воображения, а потому выявляющиеся в мифах и верованиях, в произведениях литературы и искусства, в снах и бредовых фантазиях. Тождественные по своему характеру архетипические образы и мотивы (напр., повсеместно распространённый миф о потопе) обнаруживаются в несоприкасающихся друг с другом мифологиях и сферах искусства, что исключает объяснение их возникновения заимствованием. Однако А. - это не сами образы, а схемы образов, их психологические предпосылки, их возможность. Словами Юнга, А. имеют не содержательную, но исключительно формальную характеристику, да и ту лишь в весьма ограниченном виде. Содержательную характеристику первообраз получает лишь тогда, когда он проникает в сознание и при этом наполняется материалом сознательного опыта. Его форму Юнг сравнивает с системой осей какого-нибудь кристалла, которая до известной степени преформирует образование кристалла в маточном растворе, сама не обладая вещественным бытием. Процесс мифотворчества поэтому есть не что иное как трансформация А. в образы, «невольные высказывания о бессознательных душевных событиях» на языке объектов внешнего мира. При всей своей формальности, бессодержательности, крайней обобщённости А. имеют свойство, «по мере того, как они становятся более отчетливыми, сопровождаться необычайно оживленными эмоциональными тонами, ... они способны впечатлять, внушать, увлекать», поскольку восходят к универсально-постоянным началам в человеческой природе. Отсюда роль А. для художественного творчества. Тайна воздействия искусства, по Юнгу, состоит в особой способности художника почувствовать архетипические формы и точно реализовать их в своих произведениях. «Тот, кто говорит архетипами, глаголет как бы тысячей голосов..., он подымает изображаемое им из мира единократного и преходящего в сферу вечного; притом и свою личную судьбу он возвышает до всечеловеческой судьбы...» (К. Г. Юнг). Едва ли не лучшая краткая формулировка концепции А. принадлежит Т. Манну: «... в типичном всегда есть очень много мифического, мифического в том смысле, что типичное, как и всякий миф, - это изначальный образец, изначальная форма жизни, вневременная схема, издревле заданная формула, в которую укладывается осознающая себя жизнь, смутно стремящаяся вновь обрести некогда предначертанные ей приметы» (Собрание сочинений, т. 9, М., 1960, с. 175). Юнг предполагал, что А. присущи роду (человеческой общности или всему человечеству) в целом, т. е., по-видимому, наследуются. В качестве вместилища («душевного пространства») для А. Юнг постулировал особенно глубокий уровень бессознательного, выходящий за пределы личности, - т. н. коллективное бессознательное.

Концепция А. ориентирует исследование мифов на отыскание в этническом и типологическом многообразии мифологических сюжетов и мотивов инвариантного архетипического ядра, метафорически выраженного этими сюжетами и мотивами (мифологемами), но никогда не могущего быть исчерпанным ни поэтическим описанием, ни научным объяснением. Тем не менее Юнг попытался наметить систематику А., формулируя такие, напр.. А., как «тень» (бессознательная дочеловеческая часть психики, литературными выражениями которой Юнг считал Мефистофеля в «Фаусте» Гёте, Хёгни в «Песни о Нибелунгах», Локи в «Эдде» или любой другой образ плута-озорника), «анима (анимус)» (бессознательное начало противоположного пола в человеке, выражаемое образами двуполых существ первобытных мифов, в китайских категориях инь и ян и т. п.) и «мудрый старик (старуха)» (архетип духа, значения, скрытого за хаосом жизни, выявляемый в таких образах, как мудрый волшебник, шаман ницшевский Заратуштра). Архетипическое истолкование мифологемы матери в её различных вариантах (богиня и ведьма, норны и мойры, Деметра, Кибела, богородица и т. п.) ведёт к выявлению архетипа высшего женского существа, воплощающего психологическое ощущение смены поколений, преодоления власти времени, бессмертия. Архетипическое значение образов Прометея и Эпиметея Юнг сводит к противопоставлению в психике индивидуально-личностного начала («самости») и той её части, которая обращена вовне («персона»).

Отдельные положения доктрины Юнга об А., само понятие А., оказали широкое воздействие на мысль и творчество исследователей мифа и религии (К. Кереньи, сотрудничавший с Юнгом, М, Элиаде, Дж. Кэмпбелл, индолог Г. Циммер, гебраист Г. Шолем, исламов.ед А. Корбен), литературоведов (Н. Фрай, М. Бодкин), философов и теологов (П. Тиллих), даже учёных внегуманитарного круга (биолог А. Портман), видных деятелей литературы и искусства (Г. Хессе, Т. Манн, Ф. Феллини, И. Бергман). Сам Юнг недостаточно последовательно раскрывал взаимозависимость мифологических образов как продуктов первобытного сознания и А. как элементов психических структур, понимая эту взаимозависимость то как аналогию, то как тождество, то как порождение одних другими. Поэтому в позднейшей литературе термин «А.» применяется просто для обозначения наиболее общих, фундаментальных и общечеловеческих мифологических мотивов, изначальных схем представлений, лежащих в основе любых художественных, и в т. ч. мифологических, структур (напр., древо мировое) уже без обязательной связи с юнгианством как таковым.

В отечественной науке некоторые мыслители и учёные независимо от Юнга подходили к понятию А. [ср. выражение «схемы человеческого духа» у П. А. Флоренского (см. его «Столп и утверждение истины», М., 1914, с. 678), а также работы О. М. Фрейденберг].

Лит.: Аверинцев С. С., Аналитическая психология К. Г. Юнга и закономерности творческой фантазии, в сб.; О современной буржуазной эстетике, в. 3, М„ 1972; Мелетинский Е. М., Поэтика мифа, М., 1976; Фрейденберг О. М., Миф и литература древности, М., 1978; Хюбшер А., Мыслители нашего времени, пер. с нем., М., 1962; Jung С. G., The collected works, v. 9, pt. 1, L., 1959; Jacobi I., Die Psychologie von C. G. Jung. 4 AufL, Z.- Stuttg., 1959; Eranos-Jahrbuch, Bd 1-25, Z., 1933-56; Martin P. W., Experiment in depth. A. study of the work of Jung, Eliot and Toynbee, L., 1955; Campbell J., The masks of God, v. 1-4. N. Y., 1959-68; Neumann Е., The Great Mother. An Analysis of the Archetype, Princeton. 1963.

С. С. Аверинцев.

АРХОНТЫ

АРХОНТЫ (греч. άρχοντες «начальники», «правители»), в христианских представлениях (особенно у гностиков) духи-мироправители. Мысль о том, что земля до эсхатологической катастрофы находится во власти могущественных и таинственных, враждебных богу и человеку существ, довольно отчётливо выражена в канонических новозаветных книгах: сатана получает характерное наименование «архонт этого мира» (в традиционном переводе - «князь мира сего», Ио. 12, 31 и др.); речь идёт о духовной войне верующего на стороне бога «не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных» (Эфес. 6, 12), о бессилии «ангелов», «начал» и «властей» («сил») отлучить христианина от любви божьей (Рим. 8, 38-39; «начала», как и «начальства» в Эфес. 6, 12 - это греч. 'αρχαί - лексический вариант слова «А.»). В ортодоксальной христианской системе А. безусловно преданы злу, это вполне недвусмысленно бесы, слуги дьявола, как и он сам, они выступают как антагонисты бога-творца. Напротив, в гностических представлениях А. рассматриваются, во-первых, как существа амбивалентные, власть которых хотя и должна быть преодолена «совершенным» гностиком, но находится с замыслами бога в очень сложных отношениях, и, во-вторых, как творцы материального космоса, а заодно и нравственного закона как системы запретов и заповедей (в этой своей двуединой роли А. у гностиков сливаются с Яхве - богом Ветхого завета). Это особенно явно в той гностической системе, которая рассматривает Ветхий завет как продукт инспирации со стороны семи А. (седьмица - космическое число, ср. также Иран. Амеша Спента, христ. архангелы), между которыми поделены как имена и эпитеты библейского единого бога, так и имена ветхозаветных пророков (Иао, т. е. Яхве, «говорил» через Самуила, Нафана, Иону и Михея, Саваоф - через Илию, Иоиля и Захарию; верховный среди А.- Иалдаваоф, рассматриваемый как отец превзошедшего его Иисуса Христа,- через Моисея, Иисуса Навина, Амоса и Аввакума и т. д.). У офитов (ранняя гностическая секта) А. имеют отчасти имена архангелов и зооморфное обличье; у Михаила лик льва, у Суриила - быка, у Рафаила - змия, у Гавриила - орла, у Фавфаваофа - медведя, у Ератаофа - пса, у Фарфаваофа или Оноила («осло-бог») - осла; между этой семёркой А. стихии и народы поделены по жребию. Верховный А., отождествляемый также с Абраксасом, дух космического целого, не будучи абсолютно злым, пребывал, однако, в греховном невежестве относительно существования бесконечно превосходящего его абсолютного бога, за которого принимал самого себя; вывести его из этого заблуждения призван его сын, превосходящий его мудростью и благостью. Иногда, как в гностической системе Василида, образ верховного А. раздваивается на «великого А.», царившего от Адама до Моисея, и «второго А.», даровавшего при Моисее Закон.

Лит.: Quispel G., Gnoeis ale Weltreligion, Z„ 1951; Grant R. М. Q. Gnosticism and early Christianity, 2 ed., N. Y., 1966.

С. С. Аверинцев.

АРШТАТ

АРШТАТ (авест.), Аршта (др.-перс.; Бехистунская надпись Дария I, 520-518 до н. э.), в иранской мифологии божество, персонификация чести и правдивой прямоты в мыслях, словах и делах. А. посвящён «Яшт» (XVIII). А. - основное достоинство сословия свободных и особенно государей. Только неуклонное следование А. обеспечивало правителю постоянство удачи и славы, символизированных в царственном нимбе - фарне. Существо образа А. в «Авесте» и в Вехисту некой надписи совпадает, но во фразеологии «Яшта» усматривается тенденция к антропоморфизации его. Возможно, что трактовка надписи более соответствует архаичному представлению об А. и отсутствию иконографически стабильных образов А. в иранском пантеоне.

Лит.: Gray L. Н., Achaemenians, в кн.: Encyclopaedia of religion and ethics, v. 1, Edinburgh - N. Y., 1908, p. 71.

Л. Л.

АРЬЯВАРТА

АРЬЯВАРТА - [др.-инд. Âryâvarta-, букв. «путь, страна благородных» (ариев); во множественном числе - обозначение жителей этой страны], в древнеиндийской мифологии страна, где обычно развёртываются мифологические сюжеты, имеющие подлинное географическое приурочение. Реальная А. - это первоначальная территория расселения ведийских ариев в Индии. Она занимала Великую Северо-Индийскую равнину от западного моря до восточного и от Гималаев на севере до гор Виндхья и Сатпура на юге (в ведийские времена - Дандакаранья и Махакантара), за которыми находилась чуждая ариям страна неарийских племён Дакшинапатха (современный Декан). В ведийскую эпоху арийские племена не переходили эту границу.

А. стала центром индийской цивилизации, оказавшей впоследствии сильные культурные влияния на юг Индии и на Юго-Восточную Азию. Именно здесь сложились индуизм, буддизм и джайнизм. В текстах и мифологических мотивах А. противопоставляется как неарийскому югу, так и Ирану - на севере-западе, другой стране ариев.

в. т.

АРЬЯМАН

АРЬЯМАН (др.-инд. Aryaman, собственно «дружественность», «гостеприимство»), в ведийской мифологии божество класса адитьев. Упоминается в «Ригведе» около 100 раз (обычно с Митрой и Варуной). Образ А. весьма абстрактен. Его характеристики чаще всего общи всем адитьям. Так, он заполняет воздушное пространство, даёт богатства (даже без просьбы). Он сын Адити. Подчёркивается дружественность А. (РВ VI 50, 1; VII 36, 4), благосклонность; он близок к девицам (V 3, 2); его молят о согласии в доме (X 85, 43); как и Бхага, он дарует супруга или супругу («Тандья-Маха-брахмана» XXV 12, 3), процветание. В гимне Сурье А. и Бхага сопровождают брачную пару. Связь А. с Бхагой подчёркивается и в других мотивах (ср. Тайтт.-бр. I 1, 2 4). Вместе с Митрой и Варуной А. объединяет людей (РВ Х 126, 1 и след.); он заставляет их каяться и искупать вину (I 167, 8), он связан с ритой. Наряду с нравственным аспектом есть указания и на связи с солнцем, огнём. А. отождествляется с Агни (II 1, 4), упоминается вместе с солярными божествами Сурьей и Сави-таром, однажды (Тайтт.-самх. II 3, 4) непосредственно назван солнцем. Индо-иранские истоки А. очевидны (ср. авест A'ryaman- и т. д.; ср. связь имени А. с названием ариев).

Лит.: Thieme P., Der Frerndling im Rgveda. Eine Studie über die Bedeutung der Wortc: Ari, Arya. Aryaman und Arya, Lpz., 1938; его же, Mitra and Aryman, New Haven, 1957; Bhattacharjl S., The Indian Theogony, Camb., 1970, p. 219-20.

В. Т.

АРЭВ

АРЭВ - Арэгак («солнце», в переносном значении - «жизнь»), в армянской мифологии персонификация солнца, иногда в виде колеса, излучающего свет, чаще в образе юноши. Согласно мифам, дворец А. находится на востоке, на краю света. Вечером, воспламенённый и усталый, А. возвращается к матери (заход солнца по-армянски - «майрамут», «вход к матери»). А. купается, мать вытаскивает его из воды, укладывает в постель, кормит грудью. Отдохнув, он снова пускается в путешествие. По другому мифу, А. купается и отдыхает в озере Ван, на дне которого находится его ложе. Перед рассветом ангелы облачают А. в огненную одежду. Когда А. умывается, горы и равнины покрываются росой. На высокой горе на востоке поднимаются 12 телохранителей А. и огненными посохами ударяют по горе, которая вместе с другими горами преклоняет свою голову перед царём А. Тогда А., голова которого покрыта огненными волосами, поднимается на небо. По некоторым мифам, А. сопровождает огромная птица, её крылья раскрыты, чтобы от лучей А. не загорелась земля. Арэв мчится по небосводу, сидя на льве. Лев своим огромным мечом защищает его от злых духов. Культ А. с древних времён был распространён среди армян. В 5 в. до н. э. в жертву богу солнца приносили лошадей (Xenoph. Anab. IV 35). Ещё в 12 в. в Армении существовали сектанты - солнцепоклонники (арэвордик), преследуемые армянской христианской церковью. Восьмой месяц древнеармянского календаря и первый день каждого месяца назывались Арегом (т. е. А.). Следы культа А. сохранились в народных молитвах и клятвах до 20 в.

Во многих мифах А. и Лусин. (луна) выступают как брат и сестра. Чаще всего в них А. - сестра, а Лусин - брат. В одном варианте оба они - дети бога. По велению отца они должны днём и ночью поочерёдно сторожить мир. По жребию А. должна была действовать ночью. Из-за этого между А. и Лусином возник спор. Вмешался бог и повелел Лусину сторожить мир ночью, а А. - днём. Отец даёт А., стесняющейся людей, массу игл, чтобы она колола глаза тому, кто будет на неё смотреть. По другим мифам, в спор между братом Лусином и сестрой А. вмешивается их мать, державшая в руках в этот момент тесто. Она даёт пощёчину Лусину и выгоняет его ночью из дома (до сих пор видны следы теста на лице Лусина). Согласно другой версии, А. - брат, а Лусин - сестра. Сначала они вместе ходили по небосклону. Но красавицу Лусин сглазили, и она заболела оспой. Лусин попросила А. колоть глаза тем, кто смотрит на неё, а сама от стыда стала ходить по ночам.

С. Б. Арутюнян.

АРЭВАМАНУК

АРЭВАМАНУК («солнечный юноша»), в армянской мифологии охотник, наказанный солнцем. Разгневанный неудачной трёхдневной охотой, А. решил убить солнце, чтобы оно упало с неба и весь мир покрылся тьмой. Когда А. натянул тетиву своего лука, чтобы выстрелить в восходящее солнце, оно дало А. пощёчину, огненной рукой схватило его за волосы и бросило в пустыню. А. был мёртв днём и оживал только ночью. Мать А. отправилась к матери солнца с мольбой спасти её сына, и та разрешила ей набрать воды из водоёма, где купалось солнце после своего дневного путешествия, и этой водой обрызгать А. для его полного оживления. По другому мифу, А. попросил солнце задержать свой заход, чтобы его мать закончила вязать для него носки. Солнце исполнило желание юноши. Но, когда мать солнца узнала причину его опоздания, она прокляла А.: он стал умирать днём и оживать ночью, а его мать не может закончить вязку носков.

с. б. А

АСАДАЛЬ

АСАДАЛЬ - в корейской мифологии священная гора [другие названия: Кун (или Пан) хольсан и Кыммидаль], возле которой Тангун учредил столицу Древнего Чосона. В возрасте 1908 лет Тангун, покинув мир, стал духом А. С ней идентифицируются гора Пэгаксан недалеко от Пхеньяна и гора Кувольсан в Пэкчу (современный Пэчхон в провинции Хванхэ-Намдо).

л. к.

АСАЛЛУХИ

АСАЛЛУХИ (шумер.), в шумерской мифологии божество - покровитель города Куары, сын бога Энки (последнее, возможно, не первоначально), заступник человека при заклинаниях, колдовстве и врачевании, изгоняющий злых демонов. С возвышением города Вавилона и возрастанием роли Мардука А. идентифицируется с ним, и традиционные заклинательные формулы, где А. просит у отца своего Энки совета, как поступить (на что тот отвечает: «сын мой..., всё, что знаю я, всё это знаешь и ты»), относятся к А.-Мардуку.

в. а.

АСГАРД

АСГАРД (др.-исл. Asgar ðr, «ограда асов»), в скандинавской мифологии небесное селение, крепость богов- асов (в «Саге об Инглингах» А. в качестве столицы асов помещается на земле - восточное Дона). В «Младшей Эдде» рассказывается о строительстве А. неким великаном, которому помогает конь по имени Свадильфари. Асы должны отдать за это строителю А. солнце, луну и богиню Фрейю, но благодаря хитроумному Лежи, который, превратившись в кобылу, отвлекал коня от работы, строитель не успел закончить её в срок и лишился не только платы, но и головы. А. расположен на поле Идавёль. В «Речах Гримнира» («Старшая Эдда») даётся перечень жилищ богов в А. (Валяскьяльв - у Одина, там же Вальхалла, где живут эйнхерии; Брейдаблик - у Бальдра; Химинбьёрг - у Хеймдалля, Труд-хейм - у Тора и т. д.).

А. и Мидгард (где живут люди) никогда не противопоставляются, а в повествовании выступают альтернативно.

е. м.

АСИЛКИ

АСИЛКИ - осйлки, велёты, в восточнославянской мифологии великаны-богатыри. Жили в древние времена; по некоторым мифам, создавали реки, воздвигали утёсы и т. п. (ср. ст. Великаны). Возгордившись своей силой, А. стали угрожать богу и были им уничтожены. В белорусских преданиях А. выкорчёвывают деревья, откидывают или разбивают камни каменным оружием. Иногда за каменной стеной, разбитой А., обнаруживали похищенных змеем людей. Фольклорные мотивы, связанные с А. (подбрасывание в небо булавы А., отчего гремит гром, победа над змеем и т. п.), позволяют считать мифы об А. вариантами мифа о борьбе громовержца с его противником, змеем (см. Славянская мифология). Название «А.» предположительно связано с индоевропейским корнем *ak'-, «камень, каменное небо».

Лит.: Бapar Л. Г., «Aciлiкi» белорусских сказок и преданий, «Русский фольклор», в. 8, М.-Л., 1963.

в. и., В. т.

-------------------

АСИЛКИ (осилки, велеты) - великаны-богатыри. Жили в древние времена; по некоторым мифам, создавали реки, воздвигали утесы и т.п. Возгордившись своей силой, асилки стали угрожать богу, и были им уничтожены. Мотивы, связанные с асилками (подбрасывание в небо булавы - вызов грома, победа над змеем), наводят на память борьбу Перуна с его противником-змеем.

АСИНАДЗУТИ И ТЭНАДЗУТИ

АСИНАДЗУТИ И ТЭНАДЗУТИ (сопоставляя элементы «аси» и «тэ», их можно расшифровать как «ноги» и «руки», в «надзути» можно предположительно выделить «цути» в значении «земля»), в японской мифологии, очевидно, боги обработки полей. Они - персонажи мифа о том, как Сусаноо, изгнанный из Такама-но жара, придя в местность Идзумо, видит, что по течению реки спускаются палочки для еды - хаси, что свидетельствовало о наличии у верховьев реки людей. Он, действительно, встречает там двух плачущих стариков и девушку - их дочь по имени Куси-нада-химэ, которую он спасает от змея Ямата-но ороти я делает своей женой. Эти персонажи - первые люди, упоминаемые в «Кодзики» и «Нихонги»: хотя старик и называет себя «земным богом», но в тексте обоих памятников они обозначены идеограммой «человек», которая до этого встречалась лишь один раз, в диалоге Идзанаки и Идзанами, при спасении Идзанаки из подземной страны (см. Ёми-но куни). Далее рассказывается, что Сусаноо, построив для своей жены покои в местности Суга, поручает Асинадзути быть «правителем» этих покоев и жалует ему новое имя, которое можно расшифровать как «всеслышащий бог-страж Суга, правитель покоев в Инада».

е. п.

АСИР

АСИР - Ашер (зап.-семит, 'аšеr, «счастливый»), в ветхозаветном предании второй сын Иакова от Зелфы, рабыни Лии, единоутробный брат Гада, родоначальник-эпоним одного из двенадцати колен израилевых (Быт. 30, 12-13; 46, 17),- см. Двенадцать сыновей Иакова. После-библейская литература добавляет об А. немного: отмечается, что он выступает примирителем в спорах между братьями, что за его праведное поведение племя («колено») его потомков было благословенно особой красотой своих женщин (талмудическое толкование Ветхого завета «Берешит рабба» 7) и плодородием полей (мотив, восходящий к Быт. 49, 20).

с. А.

АСИРАТ

АСИРАТ - Асирту (угарит. 'trt), Ашера (иврит 'ãšçrâ), Ашерту (хетт.), древнесемитская богиня. В западносемитской мифологии супруга (дочь) верховного бога Илу, мать богов и людей, владычица сущего. Одновременно выступала как владычица моря (великая Асират Морская в угаритских текстах). В угаритском цикле мифов о Балу (Алиййану-Балу) А. играла важную роль. Она, в частности, помогает добиться разрешения Илу построить для Балу дом. Вместе с тем после гибели Балу Анат упрекает А. во враждебности к нему. По настоянию А. Илу передаёт власть над миром Астару. В известном по хеттским источникам североханаанейском мифе А. (Ашерту) пытается соблазнить Балу; он рассказывает о её домогательствах Илу и по приказанию последнего выполняет желания А. и унижает её; между А. и Балу начинается вражда (ср. Иштар). По представлениям амореев-кочевников Сирийской пустыни, А. (Ашрату) - супруга Марту.

и. ш.

В йеменской мифологии А. супруга Амма. Почиталась в государстве Катабан. Известен также храм А. и Вадда. Вероятно, А. - верховная богиня и мать богов; несомненно, считалась матерью Анбая. А., по-видимому, являлась одной из ипостасей богини солнца. Иногда выступала под прозвищем «всеблагая». Среди посвящений А. важное место занимали предметы фаллического культа.

А. известна также в ассиро-вавилонской мифологии.

Лит.: Lipirfski Е., The goddess Atirat in ancient Arabia, in Babylon and In Ugarit, «Orientalia Lovaniensia Periodica», 1972, t. 3.

А. Г. Л.

АСИХАРА-НО НАКАЦУКУНИ

АСИХАРА-НО НАКАЦУКУНИ (др. япон., «тростниковая равнина - срединная страна»), в японской мифологии земля людей, в отличие от Такама-но хара («равнина высокого неба»), обиталища богов. В древности название всей Японии, впоследствии её поэтическое обозначение. Впервые встречается в мифе о бегстве Идзанаки из подземного царства (см. Ёми-но куни). Наименование, вероятно, основывается на том, что Япония окружена морями, берега которых покрыты зарослями тростника («аси», один из символов Японии наряду с вишней, ивой, сливой). В «Кодзики» и «Нихонги», в мифах, рассказывающих о появлении первых божеств (см., напр., Амэ-но-токотати), побеги тростника, пробивающиеся из земли, символизируют жизненную силу. Слово «нака-цукуни» («срединная страна») можно объяснить местоположением страны, окружённой морями, воспринимавшейся древними' японцами как центр вселенной, либо представлениями о земном мире, противостоящем небу - стране богов и подземному царству - обиталищу мёртвых. Вариантом А.-н. н., встречающимся в «Кодзики» и «Нихонги», является «Страна обильных тростниковых равнин, тысячеосенних, долгих, пятисотенных молодых рисовых ростков». В молитвословиях норито она фигурирует как «Страна тучных колосьев, камышовая заросль славная» (Молитвословие в праздник успокоения огня, Молитвословие великого очищения и др. в переводе Н. А. Невского).

е. п.

АСИЯ

АСИЯ - Азия (Άσία), в греческой мифологии дочь титанов Океана и Тефиды, супруга титана Иапета, от которого родила Прометея. Менетия, Эпиметея и Атланта (Apollod. I 2, 2). По другой версии, их матерью была океанида Климена (Hes. Theog. 507-511).

а. т..г.

АСКАНИЙ

АСКАНИЙ (греч.), см. Юл (лат.).

АСК И ЭМБЛЯ

АСК И ЭМБЛЯ (др.-исл. Askr, «ясень», Embla, «ива»), в скандинавской мифологии первые люди, которых ещё в виде древесных прообразов, бездыханных и «лишённых судьбы», нашли на берегу моря боги (в «Старшей Эдде» - в песни «Прорицание вёльвы» - это три аса -.Один, Лодур, Хёнир, а в «Младшей Эдде» - «сыны Бора», т. е. Один, Вили и Be). Боги их оживили (доделали как людей). Представления о первых людях как незавершённых существах, которых богам приходится «доделывать», широко распространены в мифологии многих народов (см. Антропогонические мифы).

е. м.

Мужская и женская деревянные фигурки.

Мужская и женская деревянные фигурки.

Мужская и женская деревянные фигурки.

Ранний железный век.

Шлезвиг.

АСКЛЕПИЙ

АСКЛЕПИЙ (Άσκληπιός), в греческой мифологии бог врачевания, сын Аполлона и нимфы Корониды (по другой версии,- Арсинои, дочери Левкиппа), которую Аполлон убил за измену. Когда тело Корониды сжигали на погребальном костре, Аполлон вынул из её чрева младенца А. и принёс его на воспитание мудрому кентавру Хирону, который обучил его искусству врачевания (Apollod. Ill 10, 3; Pind. Pyth. Ill 8-53). A. пришёл к дерзкой мысли воскрешать мёртвых (он воскресил Ипполита, Капанея, Главка - сына Миноса и др.). За это разгневанный Зевс убил А. перуном (Apollod. Ill 10, 3-4). Сыновьями А. были Подалирий и Махаон, упоминаемые Гомером как прекрасные врачи (Hom. II. IV 194; XI 518). Среди дочерей А.- Гигиея и Панакея - женские коррелаты А. Культ А. был особенно популярен в Эпидавре, куда стекались за исцелением со всех концов Греции. Непременным атрибутом А. была змея (или даже две), получавшая в храме А. жертвенные приношения (Aristoph. Plut. 732-742). На острове Кос находилось известное святилище А., знаменитые врачи острова Кос считались потомками А. и назывались Асклепиадами. А. мыслился ипостасью Аполлона; известны их общие храмы и атрибуты (Paus. IV 31, 10; II 10, 3). В образе А. сочетаются хтонические черты земли-целительницы (змея - не только атрибут А., но и сам А.- змей) и представление о передаче божественных функций детям богов - героям, которые своей дерзостью нарушают равновесие, установленное в мире олимпийцами. В римской мифологии А. именуется Эскулапом; его культ был введён в Риме в нач. 3 в. до н. э., на одном из островов Тибра, там, где была выпущена привезённая из Эпидавра змея, был основан храм бога.

Лит.: Herzog R., Die Wunderheilung von Epidauros. Lpz., 1931; Edelstein E. J., Edelstein L., Asclepius. A collection and Interpretation of the testimonies, vol. 1-2, Bait., 1946; Kerenyi K., Der gottliche Arzt, 2 Autl., Darmastadt, 1956.

А. А. Тахо-Годи.

Большинство дошедших до нас античных изображений А. составляют посвятительные рельефы. Сохранились статуи бога и их фрагменты (голова А. с острова Мелос и др.); изображался А. также на геммах и монетах. В средние века А. встречается в миниатюрах медицинских и мифологических трактатов. Он рано стал считаться патроном врачей и аптекарей, поэтому часто изображался в книжных иллюстрациях сидящим в аптеке среди лекарств и инструментов, но уже в эпоху Возрождения А. как персонаж изобразительного искусства утратил значение (бронзовая статуя А. работы Франческо ди Джордже - редкое исключение). В живописи 16-17 вв. популярностью пользовался миф о гибели Корониды и рождении А. (фреска Доменикино, гравюра X. Голциуса и др.), но главное действующее лицо здесь не младенец А., а сам Аполлон.

Голова Асклепия с острова Мелос.

Голова Асклепия с острова Мелос.

Голова Асклепия с острова Мелос.

Эллинистическая копия.

С оригинала Бриаксиса (?) (около 330 до н. э.).

Мрамор.

Лондон.

Британский музей.

Асклепий.

Асклепий.

Асклепий.

Римская копия.

С греческого оригинала (IV в. до н. э.).

Неаполь.

Национальный музей.

Асклепий и Гигиея.

Асклепий и Гигиея.

Асклепий и Гигиея.

Римская копия.

С греческого оригинала (IV в. до н. э.).

Рим.

Ватиканские музеи.

Голова Асклепия.

Голова Асклепия.

Асклепий на римской монете. 209–212 гг.

Асклепий на римской монете. 209–212 гг.

АСМОДЕЙ

АСМОДЕЙ (евр. 'ašmedaj, греч. Άσμοδαίος), в иудаистических легендах демоническое существо. Имя А., заимствованное, по-видимому, из иранской мифологии (ср. Айшма), неизвестное в еврейском каноне Ветхого завета, появляется в книге Товита, где есть следующий эпизод: А. преследует некую иудейскую девицу Сарру своей ревностью, не давая свершиться её браку и последовательно умерщвляя в брачную ночь семерых мужей прежде соития с ней, и только благочестивому Товии, пользующемуся помощью Яхве и архангела Рафаила, удаётся прогнать А. и сделать Сарру своей женой (Тов. 3, 7-8; 9). А. выступает здесь как особенный недруг одного из «божьих установлений» - брака. Этот мотив развивается в апокрифическом «Завете Авраама», восходящем к 1 в. Уже происхождение А. связано с блудом между (падшими) ангелами и «дочерьми человеческими» (упомянутым Быт. 6, 2), и сама природа А. побуждает его разрушать брачное сожительство средствами бессилия, холодности и отклонения желаний в недолжную сторону (апокрифическое соч. «Завет Соломона» 21-23). Это наиболее существенная сторона легенд об А. С ней связаны две другие линии - перенос на А. в его отношениях с Соломоном мотивов сверхъестественного помощника царя-строителя, а также двойника царя, подменяющего его на престоле до истечения срока наказания, пока царь должен бродить нищим, отверженным и неузнанным, искупая свою гордость. В обеих этих линиях, в отличие от первой, А. наделён амбивалентностью, присущей персонажу сказки, а не легенды; он выступает как стихийная сила, непредсказуемая, неподвластная человеческим меркам, опасная, но не злая. Соломону удаётся опоить А., связать в пьяном виде и наложить на него свою магическую власть (мотивы «захвата опоенного чудовища», ср. сюжет Мидаса и Силена; «чудовища на человеческой службе», ср. рассказы о джиннах и т. п.); А., как и полагается захваченному чудовищу, выдаёт некую тайну, а именно: секрет червя шамура, при посредстве которого можно чудесно рассекать камни, и вообще помогает строить храм, попутно проявляя прозорливость. Возгордившись, Соломон предлагает А. показать свою мощь и отдаёт ему свой магический перстень (ср. мотив посрамлённой гордыни Соломона в исламских преданиях, см. Сулайман); А. немедленно вырастает в крылатого исполина неимоверного роста, забрасывает Соломона на огромное расстояние, сам принимает облик Соломона и занимает его место. А. и здесь выдаёт свою природу блудного беса и недруга брака тем, что, хозяйничая в гареме Соломона, систематически нарушает ритуальные запреты, гарантирующие чистоту брачных сношений, и даже покушается на кровосмешение. По этим признакам его изобличают как самозванца, когда испытание Соломона оканчивается. Легенда о Соломоне и А. получила универсальное распространение в литературе, фольклоре и художественной иконографии христианского и исламского средневековья: в славянских изводах партнёр Соломона именуется Китоврасом (ср. греч. κένταυρος кентавр), в западноевропейских - Маркольфом (Морольфом, Марольтом).

Лит.: Веселовский А. Н., Славянские сказания о Соломоне и Китоврасе и западные легенды о Морольфе и Мерлине, СПБ, 1872; Rudwin М., Asmodeus, dandy among demons, "The Open Court", 1930, v. 44.

С. С. Аееринцев.

АСОП

АСОП (Άσωπος), в греческой мифологии бог одноимённой реки в Греции, сын Посейдона и нимфы Перо (по другим версиям, - сын Океана и Тефиды или Зевса и Эвриномы). У А. двенадцать дочерей и два сына - эпонимы городов и островов. Дочь А. Эгина, соблазнённая и похищенная Зевсом, родила Эака. Узнав от Сисифа о похищении Эгины, А. стал преследовать Зевса, но был вынужден возвратиться в родное русло, устрашённый молниями Зевса (Apollod. Ill 12, 6).

а. т.-г.

АСС

АСС - в мифологии лакцев божество грома и молнии. Живёт на небесах, ездит в фаэтоне. Его постоянная дорога - Млечный путь («дорога Асса» на языке лакцев). Колёса фаэтона и подковы коней при езде по ухабистым дорогам стучат, грохочут, отсюда - гром. Молнии - это искры из-под колёс. В мифологии цахуров ему соответствует Арш.

х. х.

АССИРО-ВАВИЛОНСКАЯ МИФОЛОГИЯ

АССИРО-ВАВИЛОНСКАЯ МИФОЛОГИЯ - аккадская мифология, см. в ст. Шумеро-аккадская мифология.

АСТАР

АСТАР - Истар ('ttr, 'str, 'tr), древнесемитское астральное божество, олицетворение планеты Венера, мужская параллель Астарты и Иштар. В западносемитской мифологии А. - ханаанейско-аморейский бог, почитавшийся наряду с Астартой, очевидно, как её супруг. В угаритских мифах с ним связана Иабарданай, по-видимому, являющаяся его дочерью. А. - один из претендентов на власть над миром: Илу передаёт ему власть после смерти Балу (Алиййану-Балу). Будучи противопоставлен Балу, А. является в Угарите воплощением злого начала; его эпитет - «ужасный».

Культ А., видимо, постепенно утрачивает значение; его замещают местные боги. Черты А. в одной из своих ипостасей воспринял моавитский Кемош. Вероятно, западносемитский А. отождествлялся с греческим Аресом (в эпоху эллинизма) и египетским Гором (2-е тыс. до н. э.).

и. ш.

В йеменской мифологии А. - верховное божество. Единственный древнесемитский бог, который сохранил своё имя и функции в этой мифологии и почитался во всех государствах Древнего Йемена - Саба, Маин, Катабан и др. Он был богом войны, грозным и сильным, и одновременно богом-защитником, хранителем домов, гробниц, надписей, оберегавшим их «от всякого повреждающего и разрушающего». Он являлся и богом плодородия и орошения. А. возглавлял пантеоны богов в государствах Древнего Йемена, но не выступал как предок народа, бог-покровитель и владыка страны. Лишь в государстве Саба встречается выражение «владение Астара и Алмакаха», обозначающее это государство, что могло бы свидетельствовать о функционировании А. как бога-покровителя. Это, видимо, объясняется тем, что первоначально А. был богом - покровителем племенного союза Саба, от слияния которого с союзом Файшан в конце 2-го тыс. до н. э. возник сабейский народ. В результате синойкизма богом - владыкой страны стал бог - покровитель союза Файшав - Алмаках, а А. приобрёл функции верховного божества. Позднее А. стал богом - покровителем царской династии сабейского государства.

Из различных ипостасей А. наиболее значительны Астар Шаркан (Восточный), почитавшийся во всём Йемене, маинский Зу-Кабдим, «владыка урожая», и сабейский Зу-Зибан, «владыка потоков» (ср. также Мутибнатйан и Мутибкабат, Хавбас, Хагар-Кахам).

Священные животные А. - антилопа (объект ритуальной охоты и частый мотив декора) и, вероятно, бык. Символы А. - копьё, рука и дверь, иногда - монограмма имени. Видимо, он же наряду с богом луны символизировался широко распространённым в Древнем Йемене изображением диска (Венеры?) над лежащим серпом луны.

А. имел сильно развитый культ. Все сакральные действия правителей Саба были обращены к нему. С А. заключался «союз», видимо, составлявший основу власти сабейских правителей. Известны священные трапезы в честь А., сопровождавшиеся «обходом» особых культовых объектов - кайфов, ритуальная охота, заклания жертв, возлияния благовоний. Вероятно, те же действия производились в Маине и Катабане. Многие должностные лица в Сабейском государстве были жрецами А. Существовали многочисленные храмы А. Его храм Расаф был главным храмом Майна.

С середины 1-го тыс. до н. э. А. постепенно вытесняется с позиции верховного божества местными богами (за исключением государства Маин), но он продолжал почитаться вплоть до 5 в. н. э., т. е. дольше, чем другие йеменские божества.

Лит.: Луидин А. Г., К возникновению государственной организации в Южной Аравии, в сб.: Палестинский сборник, № 17, М.-Л., 1967; Henninger J„ Zum Problem der Venussterngottheit bei den Semiten, «Anthrops», 1976, № 71, Н. 1/2; Ryckmans G., II dio Stellare nell' Arabia meridionale preielamica, «Atti della Accademia Nazionale del Lincei», 1948, ser. 8, № 3, p. 360-69.

А. Г. Лундин.

Диск Венеры (Астар) над серпом луны и горные бараны.

Диск Венеры (Астар) над серпом луны и горные бараны.

Диск Венеры (Астар) над серпом луны и горные бараны (символы бога луны).

Фрагмент фриза из Мариба.

Мрамор.

V—IV вв. до н. э.

АСТАРТА

АСТАРТА ('ttrt, 'štrt), в западносемитской мифологии олицетворение планеты Венера, богиня любви и плодородия, богиня-воительница. А. - древнесемитское божество, которому соответствуют Иштар в ассиро-вавилонской мифологии и Астар (мужская параллель). А. считалась, видимо, супругой западносемитского Астара. В Угарите её культ занимает большое место, но в мифах она почти не упоминается. Карату, проклинающий своего взбунтовавшегося сына, призывает на него гнев А. и Хорона. А. играет важную роль в борьбе богов с Йамму. В мифе палестинского происхождения, известном по египетским источникам, она выступает как посланница богов к Йамму, требующему для себя высшей власти; ср. в угаритском цикле её обращение к Балу (Алиййану-Балу) с просьбой не убивать гонцов Йамму; она же укоряет Балу за убийство Йамму. В Древнем Египте А., наряду с некоторыми другими переднеазиатскими божествами, вошла в пантеон (А. и Иштар считались там одной богиней) и иногда отождествлялась с Сехмет. Она воспринималась как владычица коней и колесниц, богиня сражений и, вероятно, связывалась с морем и водной стихией (ср. её связь с Йамму); А. считалась и богиней-исцелительницей. Выступала в паре с Рашапом. По египетским источникам, известны мифы, очевидно, палестинского происхождения, в которых А. выступает вместе с Анат. А. почиталась также в Карфагене (где её образ повлиял на представления о Тиннит) и на Кипре. Черты А. и Анат позднее слились в образе Атаргатис. В эллинистический период А. отождествлялась с греческой Афродитой и римской Юноной. Согласно эллинизированному мифу, А. (Афродита) полюбила Адониса и, когда он погиб, спустилась за ним в нижний мир. Дамасский (6 в. н. э.) в сочинении «О первых принципах» приводит миф о том, как А. (Астроноя) преследовала своей любовью Эшмуна, который, погибнув, воскрес, благодаря дарующему жизнь теплу богини. Известны изображения А. в виде нагой всадницы, стреляющей из лука. В период становления иудейского монотеизма пророки вели с культом А. ожесточённую борьбу.

И. Ш. Шифман.

АСТИАНАКТ

АСТИАНАКТ (Άστυάνας), в греческой мифологии сын Гектора и Андромахи. Подлинное его имя было Скамандрий. А. («владыкой города») его прозвали троянцы из уважения к Гектору. После взятия Трои малютка А. по приговору ахейцев был осуждён на смерть и сброшен с городской стены (Eur. Troad 709- 788, 1118-1250). По поздней местной версии, А. удалось спастись; со временем он восстановил Трою и основал много новых городов в Малой Азии.

в. я.

АСТЛАН

АСТЛАН («страна цапель»), мифическая прародина ацтеков. В сказаниях описывается как остров посреди большого озера. Первоначально ацтеки, как и другие народы науа, считали своей прародиной Чикомосток - страну, находившуюся где-то на севере-западе от долины Мехико.

Миф об А. возник после образования у ацтеков собственного государства.

р. к.

Предыдущая страница Следующая страница

© 2000- NIV