Словарь средневековой культуры
ПУТЕШЕСТВИЕ

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е З И К Л М О П Р С Т У Ф Ч Ш

ПУТЕШЕСТВИЕ

ПУТЕШЕСТВИЕ - 1. Говоря о П.ях в средние века, необходимо иметь в виду своеобразие средневекового восприятия пространства и перемещений в нем. П.е почти неизбежно приобретало характер паломничества, поскольку могло привести к увеличению святости (в случае посещения святых мест), но могло быть и сомнительным в религиозном и моральном смысле (в случае посещения нехристианских земель) - тогда П.е рассматривалось как своеобразное антипаломничество. Символическое восприятие пространства разрушается и заменяется представлением о нейтральной географической протяженности лишь с течением времени. В истории средневековья переломной в этом смысле эпохой стал XIII в., когда вследствие крестовых походов резко раздвинулись границы известного мира, и взору европейца открылись новые географические пространства Азии. Монгольская экспансия привела к проникновению в Центральную Азию и на Дальний Восток западных миссий, купцов, путешественников. В то же время совершенствовалась картография - появились портоланы; в результате вырисовывается более или менее точная картина морских побережий. Итальянские, французские и каталонские путешественники (Марко Поло, Журден де Северак, Одорикоде Порденоне), миссионеры и купцы осваивают просторы доселе неизвестной Азии. Их восприятие пространства определялось уже не спиритуал ьны-ми ценностями, а нередко прагматическими целями и стремлением к познанию мира. Разумеется, культурные стереотипы продолжали играть важную роль. Сама идея П.я в дальние страны с целью узнать или увидеть нечто новое получает высокую оценку лишь в позднее средневековье, и именно тогда появляется такой мотив П.я, KaKcuriositas, не всегда одобряемый церковью. Это обстоятельство было тонко подмечено Жаком Витрийским: «Некоторые легкомысленные и любопытные особы, -пишет епископ в одном из своих сочинений, - отправляются в паломническое П.е не из благочестия, а исключительно из любопытства и желания узнать что-то новое. Все, чего они желают, - путешествовать по неизведанным странам с тем, чтобы расследовать абсурдные и преувеличенные истории о Востоке, которые они слышали».

2. Тема П.й неразрывно связана с другой - как практически средневековые люди решали проблемы преодоления пространства. Перемещение в пространстве было сопряжено со многими сложностями. Объясняется это не только несовершенством транспортных средств и плохим состоянием дорог, но и невысоким уровнем географических знаний. Даже труды, предназначенные для путешественников и паломников, - итинера-рии - описывали пространство весьма приблизительно и для ориентации в нем не давали надежных указаний. Так, чрезвычайно популярный в средние века «Путеводитель для паломников в Сантьяго-де-Компостела», составленный ок. 1139 г., - по существу лишь перечень географических пунктов, городов и местностей, которые необходимо преодолеть. Попутно перечисляются товары и продукты, происходящие из разных областей (Галисии, Наварры и Кастилии), а также приводятся этнографические сведения (о басках и др.). Географические карты едва ли предназначались для путешественников и в XI-XIII вв. скорее представляли собой отображение господствовавшей тогда концептуальной картины мира, в центре которой христианское сознание помещало Иерусалим. Именно этот город и был главной целью средневековых П.й и паломничеств, тогда как вся земля рассматривалась как театр священной истории. Записки путешественников этого времени также в основном посвящены описанию Палестины и Ближнего Востока. Их кругозор практически не выходил за пределы христианского мира.

С открытием, благодаря П.ямХШ-XV вв., новых географических горизонтов изменились и способы ориентации человека в пространстве, которое стало более точно измеряться и более интенсивно осваиваться. Пронизанные условностями mappae mundi сменяются пор-толанами, в которых запечатлены четкие и точные географические сведения. Эти новые карты отражают качественно новое восприятие мира. Не случайно ок. 1375 г. составитель одной из таких генуэзских карт гордо сообщает: «Это истинная космография, составленная по описаниям мореходов, из которой изъяты все фантастические рассказы».

3. Тем не менее путешественники вращались в кругу традиционного знания и не всегда были готовы изменить ему в угоду даже собственному эмпирическому опыту. Следуеттак-же отметить отсутствие живого интереса к географическим реалиям - с точки зрения средневековья, малозначительным, по сравнению с реалиями спиритуальными или с античным знанием. Трактаты о далеких странах опирались отчасти на сведения очевидцев, но в первую очередь - на древние авторитеты. Верность античным моделям отнюдь не слепа, и средневековые карты и трактаты путешественников - не всего лишь плоские компиляции; тем не менее вплоть до XIV в. и даже позже картография предпочитала опытному знанию априорные схемы. Исключения были немногочисленными, да и они не обходились без Плиния, Юлия Солина, Орозия и Исидора Севиль-ского. Для средневековых путешественников настоящее всегда есть лишь повторение прошлого. Современные названия географических пунктов часто заменялись античными топонимами. Введение известных античных или библейских топосов было важным способом освоения незнакомого пространства, на которое не распространялась христианская вера. Топосы выполняли поэтому важную идеологическую функцию - они помогали сакрализации этого пространства. Вместо того, чтобы сообщать о своих впечатлениях, средневековые путешественники часто пересказывали наиболее известные пассажи из авторитетных трудов. Цель этих повествований состояла в том, чтобы вызвать удивление человеческими типами, обычаями и традициями, поразить экзотикой. Тем не менее эмпирический опыт исподволь разрушал привычную картину мира. Впервые вступив в непосредственный контакт с известными доселе лишь по книжной традиции странами и народами Востока, миссионеры и путешественники XIII-XIVBB. мучительно переживают расхождение между усвоенной ими западной интеллектуальной традицией и непосредственными наблюдениями. Гильом Рубрук заканчивает свое описан ие народов Севера следующей примечательной фразой: «Я осведомлялся о чудовищных людях, о которых рассказывали Исидор и Солин. Татары говорили мне, что никогда не видели ничего подобного; потому мы в большом недоумении, правда ли это». Новая картина мира конституируется в позднее средневековье с открытием бескрайних просторов Центральной Азии и Дальнего Востока. Разрушается традиционное представление о космосе, в котором он виделся конечным, замкнутым и иерархически организованным. Чужая культура отныне воспринимается как часть единого и потенциально бесконечного мира. Прежние топосы и стереотипы сменяются в трактатах путешественников живыми наблюдениями. Неизвестное пространство осваивается не с помощью предшествующих знаний, но на основе непосредственного опыта.

4. В целом большинство трактатов путешественников относится к жанру традиционной географии, в которой грань между res factae и res fictae была весьма неопределенной. Так, трактат Джона Мандевиля, написанный ок. 1356 г., посвящен описанию П.я по Ближнему Востоку, а также по Индии и Китаю. Между тем известно, что автор совершил в реальности П.е лишь до ближайшей библиотеки. В «Книге Джона Мандевиля» преобладают фантастические рассказы, и почти нет конкретных географических сведений. Свою осведомленность автор почерпнул в средневековых энциклопедиях и собраниях диковинных чудес. Его концепция пространства парадоксальна, так как она сочетает традиционные сведения (о земном рае, чудовищах, дикарях и пр.) с новыми веяниями. Так, на страницах трактата высказано предположение о шарообразной форме Земли. Из всех сочинений о П.ях именно этот трактат был наиболее популярным не только в средневековье, но и позже. К жанру беллетристической географии следует, несомненно, отнести и сочинение французского автора XIV в. Филиппа де Ме-зьера «Сон старинного паломника». В этом сочинении мы вступаем в царство аллегорий. Его главная героиня - королева Истина со своими спутниками совершает П.е по миру. На самом деле речь шла лишь о том, чтобы описать местные верования и состояние христианства в различных странах мира, хотя и в форме литературного произведения.

Мир, находившийся на окраинах христианской ойкумены, представлялся христианам неведомым и опасным хаосом. Естественным стремлением было объединить и организовать его посредством христианской религии. Миссионеры Плано Карпини (1245 г.), Андрей Лонжюмо (1245 г.), Гильом Рубрук (1252- 1253 гг.) посетили страны Центральной Азии по заданию французских королей и апостолического престола с целью обратить восточные народы в христианство. Они оставили сочинения, в которых быт и нравы монголов и других восточных народов рассматриваются сквозь призму mens apostolica. В этих трактатах нередко подчеркивается, что миссионерская деятельность - обращение иноверцев в христианство - увеличивает шансы путешественника на спасение души и предопределяет благополучный исход П.я. Сходная концепция пространства представлена в сочинениях путешественников XIV в. францисканского монаха Одорико де Порденоне и доминиканца Журдена де Северака. Посетивший в 1320-1330 гг. Индию и острова Индийского океана Одорико де Порденоне в фантастическом, искаженном свете описал быт и нравы, религиозные ритуалы и обряды восточных народов (в частности, религиозную практику буддизма). Основная цель его П.я заключалась в том, чтобы обратить в христианство не известные доселе народы и тем самым уменьшить гнетущее различие между хорошо освоенным пространством Европы и неизвестной Азией. Подобно своим предшественникам, он отдал дань традиционной воображаемой географии средневековых энциклопедий и бес-тиариев. Потому значительную часть его трактата составляют рассказы о стерегущих золотые пески драконах с карбункулом на голове, о киноцефалах и чудовищных народах и их извращенных нравах. Другой монах, доминиканец Журден де Северак, совершил два П.я в Индию - в 1320-1321 и в 1326 гг., во время которых активно занимался миссионерской деятельностью и обращал в христианство восточные народы. В его сочинении «Описанные чудеса» реальные впечатления от посещения Индии и других стран Центральной Азии были облечены в фантастическую форму. Он подробно описал баснословный животный мир Азии, ее драгоценные камни и экзотические растения. Наряду с конвенциональными сценами «чудес Индии» и восточной экзотики, в его сочинении встречаются вполне реалистичные описания религиозных обычаев, ритуалов и семейно-брачных отношений народов азиатских стран.

Если сочинения францисканцев и доминиканцев представляют собой отчеты о дипломатических и религиозных миссиях, в которых отражены сведения традиционной географии, то сочинения купцов - Марко Поло и других - знаменуют разрыв с этой традицией. Весьма характерно для этого периода и то, что религиозные благочестивые мотивы начинают уступать место светским. Настоящее руководство для путешественников представляет собой записанная пизанцем Рустичано «Книга Марко Поло», посвященная описанию П.я по Центральной Азии. «Книга» составлена по личным наблюдениям и рассказам других людей, а не по литературным источникам, что отличает этот труд от прежних записок путешественников. Весьма характерно, что многие купцы в это время отправлялись в П.я исключительно с целью собрать интересующую их информацию о купле-продаже различных товаров - то, что в те времена именовалось «практикой торговли». Так и назван известный итальянский справочник по странам Азии XIV в., составленный флорентийским купцом Франческо Бальдуччи Пего-лотти. В этом трактате купец-путешественник подробно сообщает о существующих в разных азиатских странах мерах и весах, товарах и ценах на них, расстояниях между торговыми пунктами. Конкретные сведения о купле-продаже товаров перемежаются с географическими сведениями. Трактаты путешественников перестают быть фантастическими описаниями далеких земель и превращаются в сухие сводки, из которых черпают практическую информацию о торговле странствующие купцы. Этот факт отражает настоящую ментальную революцию, происходящую в западноевропейском обществе позднего средневековья.

Литература: Лотман Ю.М. О понятии географического пространства // Труды по знаковым системам. Вып. 2.Тарту, 1965. С. 210-216; Brenner Р. Der Reisebericht in der deutschen Literatur. Ein Forschungsblick als Vorstudie zu einer Gattungsgeschichte. Tübingen, 1990; Campbell M. B. The Witness and the Other World. Exotic European Travel Writing, 400-1600. L., 1968; Ciccuto M. La crociata imaginaria di Marco Polo // Italianistica, 16, 1987. P. 221-233; Deluz С. Le Livre de Jehan de Mandeville, une «Géographie» au XIVe siècle. Louvain-la-Neuve, 1989; Guefert-Laferté M. Sur les routes de l'empire mongol. Ordre rhétorique des relations de voyage aux XIIIe et XIVe siècles. P., 1994; Heyde J. К . Real and Imaginary Journeys in the later Middle Ages // Bulletin of the John Rylands University, 65, N1, 1982-1983. P. 125-147; Jandesek R. Der Bericht des Odoric de Pordenone über seine Reise nach Asien. Bamberg, 1981 ; Mоllat M. Grands voyages et connaissance du monde du milieu du XIIIe à la fin du XVe siècle. P., 1969; Idem. Les explorateurs du XIIIe au XIVe siècles: premiers regards sur des mondes nouveaux. P., 1984; Оlsсhki L. L'Asia di Marco Polo. Firenze, 1957; Reisen in reale und mythische Ferne / Hg.v. P.Wunderli. Düsseldorf, 1993; Richard J. Les récits de voyage et de pèlerinage. Turnhout, 1981; Roux J. P. Les explorateurs au Moyen Age. P., 1961.

С. И. Лучицкая

В начало словаря

© 2000- NIV