Словарь средневековой культуры
МЕДИЦИНА

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е З И К Л М О П Р С Т У Ф Ч Ш

МЕДИЦИНА

МЕДИЦИНА (лат. medicina). В разные периоды средневековья в ученой медицинской теории и практике тон задавали те или иные школы и направления. Обычно выделяют досалернский период, обозначаемый еще и как «монашеская» М.а; салернский; период схоластической М.ы; M.y эпохи Ренессанса. Разумеется, такая периодизация является весьма условной, а хронологические рамки отмеченных периодов недостаточно четкие.

1. Средневековая ученая М.а, с одной стороны, продолжила традиции М.ы античной (в области гуморальной теории, терапии, диетики), а с другой стороны, формировалась под влиянием христианской теологии. Соответствующее положение Устава Бенедикта обязывает ухаживать за больными братьями, как и сама идея христианского милосердия побуждает западное монашество серьезно обратиться к изучению М.ы. В основанном Кассиодором Виварии, в Монте-Касси-но переводятся и переписываются античные медицинские рукописи Гиппократа и Гале-на, Цельса, Диоскорида, Ориебазия, Александра Тралльского. В Испании к изучению воззрений античных врачей обратился Исидор Севильский («О природе вещей»); в крупных монастырях (Люксёй, Фульда, Рай-хенау, Боббио, Санкт-Галлен), в школах при епископских кафедрах (в Париже, Шартре, Лилле, Туре) составляются компендиумы античных сочинений, наподобие знаменитых Corcondantia Ippocratis, Galeni et Syriani, несколько столетий служивших путеводной нитью в медицинской практике.

В X-XIÏ вв. монастырская М.а достигает своего расцвета, и ее блестящими представителями были Ноткер Перец, Хильдегарда Бингенская, Одо из Мена. Интересуясь не только традиционными христианскими целительными средствами (такими, как молитвы, экзорцизм и пр.), но и физиологией, монахи практиковали также хирургию, лечение травами, которые произрастали тут же, на монастырском огороде, а также минералами, знания о свойствах которых были почерпнуты из античных трактатов. Особой популярностью пользовалось кровопускание: считалось, что, удаляя из организма «испорченную» скверной греха кровь, врачи «очищали» таким образом своих пациентов, искореняли пороки, греховные плотские влечения, прежде всего сексуальность. Но в целом влияние медицинских школ, в частности Салер-нской, в монастырях на территории севернее Альп ощущалось слабо, и различий между заботой о душе (cura animae) и о теле (сига corporis) не делалось. Несомненной популярностью пользовались у многих монастырских врачей и традиции местной народной М.ы.

Монастырская М.а таила в себе опасность обмирщения. В нач. XII в. Реймсский церковный собор запрещает монахам «практиковать врачебное искусство из жажды обогащения», предписывая «вновь обратиться к Богу». В 1139 г. Латеранский собор грозит серьезными карами монахам за медицинскую практику в миру, собор 1162 г. в Монпелье запрещает принимать мирян на лечение в монастырские госпитали, годом позже собор в Туре запрещает более чем двухмесячные отлучки из монастыря, что сделало невозможным для монахов ученье в миру. Попутно клиру в целом запрещаются занятия хирургией и акушерством. Наконец, в 1243 г. папа требует внести в уставы монашеских орденов пункт о запрете монахам учиться М.е вообще. Таким образом, в течение полутора столетий решениями церковных соборов М.а окончательно изгоняется из монастырских стен. К этому же времени монастырские госпитали утратили свою роль важных центров благотворительной деятельности в отношении бедных и больных; на смену им приходят госпитали городские, основываемые епископами или различными орденами и братствами.

2. Первой настоящей медицинской школой в Европе считается Салернская, обретшая известность в кон. XI в. и в 1213 г. преобразованная в университет. Это был не просто центр медицинского образования, но и школа практического врачебного искусства, где, помимо терапии, процветали хирургия, гинекология, фармакология. Именно в Салер-но были заложены основы теоретической анатомии. Врачи, не ограничиваясь пересказом античных трудов, прежде всего Галена («О назначении частей человеческого тела»), изучали анатомию, вскрывая трупы животных (с нач. XII в.). Среди известнейших са-лернских медиков - Константин Африканский, одним из первых познакомивший латинский мир с достижениями арабов в области М.ы, Рожер Салернский, Арнольд из Виллановы, авторству которого приписывают знаменитое сочинение этой школы «Салернский кодекс здоровья», женщины-врачи - Тротула, Арбелла, Константа Календа.

Известную конкуренцию Салерно как школе практической М.ы составляла медицинская школа в Монпелье(с 1289 г. - университет), где преподавали и многие выученики Салерно. Несмотря на то, что во Франции связь М.ы и духовенства была довольно тесной, медицинская школа Монпелье до XIV в. все же оставалась свободной от схоластики. Когда на рубеже XIII-XIV вв. повсюду в Европе возникает новый тип врачей -не столько практиков, сколько теоретиков (magister или doctor medicinae), - в школе Монпелье медицинское образование по-прежнему включало обязательную для учеников годичную врачебную практику. Школа в Монпелье знаменита также своим старейшим во Франции ботаническим садом и переводческим центром, немало способствовавшим распространению на Западе арабской М.ы.

Расцвет школ в Салерно и в Монпелье в XI1-XIV вв. совпал с периодом, когда в Западную Европу из арабской Испании (основные научные центры - в Кордове, Толедо, Севилье, Малаге, Гранаде) хлынул поток арабского медицинского знания. По значимости открытие для европейской М.ы трудов арабских ученых сравнимо, может быть, с открытием для философии Аристотеля. Арабская М.а не только сохранила и возвратила в Европу античное знание, но и значительно его дополнила. Так, в XIII в. на латынь перевели 25 томов «Всеобъемлющей книги по медицине» великого персидского врача Ар-Рази, где он описал и проанализировал каждую болезнь с позиций греческих, сирийских, индийских, арабских медиков; известны были его трактаты об оспе и кори. Наиболее существенное влияние на средневековую M .у оказали, пожалуй, труды персидского врача Ибн-Сины (Авиценны, 980-1037). Пять книг его «Канона медицины» (переведен на латынь в XII в.) представляют собой энциклопедию медицинских знаний того времени, осмысленных в соответствии с теориями Аристотеля и Галена. Труды Ибн-Сины во многом способствовали становлению медицинской схоластики с присущим ей пиететом по отношению к классической античности и прежде всего воззрениям Аристотеля. Он же стал основоположником «галленизма» в теории М.ы, преодоленного лишь в раннее Новое время.

3. По мере того, как с XII в. в интеллектуальной жизни Европы, особенно в университетах, укрепляются позиции нового типа религиозной философии и правил мышления, схоластики, М.а утрачивает свойственное ей прежде относительное единство теории и практики. Перемены, наметившиеся в кон. ХН-нач. XIII вв., затронули медицинский центр в Салерно, а затем и в Монпелье. В это время медицинское знание уже было тесно переплетено с философией Аристотеля. Его труды переводятся с греческого на сирийский, с сирийского на арабский и еврейский и затем на латынь и вместе с арабскими комментариями Аверроэса получают широкое распространение прежде всего во Франции. Если Ибн-Сине (Авиценне) впервые удалось свести воедино все разнообразие медицинских традиций, то флорентиец Таддео Альдеротти (1223-1303) в Болонском университете дал им христианскую интерпретацию, прокомментировав важнейшие труды великих греческих и арабских врачей по всем правилам схоластической диалектики. Парижский университет к кон. XIII в. превращается в общеевропейский центр схоластического и философского естествознания; с его историей связаны, пожалуй, имена всех знаменитых схоластов, в той или иной мере занимавшихся проблемами М.ы и естествознания: Альберт Великий, изучая наследие Аристотеля и Авиценны, осмыслил их вклад в анатомию и сделал ряд важных наблюдений в зоологии и ботанике; Роджер Бэкон объединил неоплатонизм, аристотелизм и арабскую М.у. Желавший изучать М.у в XIII-XIV вв. все же отправлялся не в Париж, а чаще в Монпелье или в Падую и Болонью. В Болонье труды Салернской школы, особенно по практической М.е, имели мало влияния, акцент делался на теоретических аспектах патологии, терапии, фармакологии. Для М.ы в средневековых университетах решающими стали не практика и наблюдение, а интерпретация существующих текстов в духе средневековой схоластики, основной формой обучения - чтение и комментирование медицинских трактатов (т.н. lectio), каждые две недели прерываемое диспутами (disputationes de quolibet). Воззрения схоластической М.ы в общем виде изложены в нач. XV в. в семи томах «Проповедей» (Sermones) флорентийца Николо Фалькуччи, описавшего основные принципы и достижения арабской М.ы, европейских схоластов и признанных античных авторитетов. Падуанский профессор Микеле Савонарола ок. 1450 г. изложил основы терапии, опираясь на труды Авиценны. Медики обращаются к общим дедуктивным методам изложения материала, формулируя выводы в силлогизмах и аксиомах. Возникают новые виды медицинских трактатов: этот. н. «Советы» (Consilia), содержавшие разного рода рекомендации по тому или иному случаю, и «Согласования» (Сопсог-dantia), где в алфавитном порядке приводились высказывания авторитетных авторов прошлого. Лишь таким схоластам, как Альберт Великий и Роджер Бэкон, удалось преодолеть эти жестко фиксированные правила мышления: Бэкон, например, разделил все знания на «теоретические» и «практические» и именно опыт предложил считать главным критерием истины.

Своеобразным экзаменом для схоластической М.ы стала чумная эпидемия 1348 г. В это время были разработаны меры по предотвращению распространения инфекции -изоляция больных и дезинфекция домов, карантин и заставы на границах, дезинфекция товаров, денег, писем. Заразные болезни сразу же стали объектом пристального внимания. В тот период насчитывали 13 таких заболеваний, и вплоть до XVIII-XIX вв. в области профилактики этих болезней не было сказано ничего нового по сравнению со средневековой М.ой. В XIII-XIVвв. университеты Болоньи и Падуи проводили регулярные занятия по анатомии с демонстрацией вскрытия трупа. Магистр Болонского университета Мондино де Луцци составил первый в Западной Европеучебниканатомии(1316п), что дало новый импульс развитию хирургии, расцвет которой также хронологически совпадаете периодом схоластической М.ы. Компилятивный труд французского медика Ги де Шолиака «Обозрение хирургического искусства М.ы» ( 1363 г.) до XVII в. был наиболее популярным учебником хирургии.

Хирургия считалась ремеслом и, соответственно, хирурги обладали более низким социальным статусом, нежели врачи. С XII в. в Салерно функционирует гильдия хирургов, отчасти конкурирующая с медицинской школой. С XIII в. в Салерно, Болонье хирургию уже преподают в университетах. Во Франции, где хирургия не допускалась в стены университетов (особенно после запрета клиру IV Латеранским собором заниматься хирургической практикой), хирурги объединяются в независимую корпорацию, métier, члены которой получали образование, подобное университетскому, с экзаменами и лицензией на занятия практикой. С XIII в. существовала авторитетная в практической М.е и в теоретическом знании гильдия хирургов Collège de St. Come.

4. В нач. XV в. схоластическое преклонение перед авторитетами все более оттесняется вниманием к опыту как основному методу науки. Великие географические открытия дают дополнительный импульс изучению и созданию систем классификации в ботанике и зоологии (труды Джованни Манарди, Конрада Геснера, работы Леонардо да Винчи в области ботаники и анатомии). Одновременно интерес к античной культуре и греческому языку, многочисленные переводы с греческих оригиналов трудов Галена, Корнелия Цельса, Плиния, Диоскорида не только дали новый импульс для их осмысления, но и вызвали волну критики. Вокруг Галена и его главного комментатора Авиценны ведутся оживленные споры, и возрастает скепсис медиков в отношении теории гуморальной патологии и кровопускания как основного средства очистить организм и восстановить баланс его соков. Открытие неизвестных заболеваний - сифилиса, менингита, дифтерии - ставит перед М.ой новые задачи. Пересмотру подверглась и анатомия Галена, безраздельно господствовавшая четырнадцать столетий. Основоположник научной анатомии Андреа Везалий (1514-1564) исправил у Галена более двухсот ошибок (обусловленных во многом тем, что тот делал свои выводы, анатомируя трупы животных), правильно описал скелет, внутренние органы и мышцы человеческого организма, клапаны сердца, чем создал предпосылки для последующего обоснования кругового движения крови. Его анатомические таблицы (Tabulae sex, 1538 г.) и семь книг труда «О строении человеческого тела» (1543 г.) впервые привели анатомические знания в систему, превратив анатомию в науку и нанеся удар по схоластике и галенизму. Взгляды Везалия развил его преемник в Падуанс-ком университете Реальдо Коломбо. Анатомические исследования XVI в. дали импульс к углубленному изучению строения и функций отдельных органов и систем организма -кровообращения, слуха (Иероним Фабриций, Бартоломей Евстахий, Габриэль Фаллопий). Врач и теолог Мигель Сервет описал малый круг кровообращения («Восстановление христианства», 1553 г.), но его философские и естественно-научные положения были объявлены еретическими, и по настоянию Кальвина Сервет был сожжен. На основе анатомии получили дальнейшее развитие физиология (Уильям Гарвей), терапия (Джироламо Фра-касторо, Антонио Бенивьени, Леонард Фукс), хирургия (Амбруаз Паре). С XVI в. для лучших врачей становится уже правилом постоянно перепроверять теорию наблюдением у постели больного, а один из самых знаменитых врачей этого периода Теофраст фон Гогенгейм (Парацельс, 1493-1541 гг.) взамен теории гуморальной патологии предлагает свою классификацию влияющих на здоровье факторов, в которую, наряду с природными и физиологическими, он включает факторы психологические, астрологические, а также волю божественного провидения.

5. К началу распространения в Западной Европе христианства народная М.а местного населения была по-своему весьма развитой областью знания и практики. Наряду с медицинскими приемами, кажущимися современному человеку вполне «рациональными» (вскрытие нарывов, лечение с использованием целебных свойств трав, воды из минеральных источников и т.д.), целительного воздействия также ожидали от жертвоприношений потусторонним силам, от разнообразных амулетов, поясов и повязок, заговоров и заклинаний, а также весьма сложных магических действий и обрядовых комплексов. Народная М.а тесно связана с верой в эффективность магического обряда, т.е. с верой в возможность воздействовать на реальность при помощи символических действий. Отношение к владеющим искусством врачевания было амбивалентным. Врачеванием обычно занимались женщины, а также кузнецы, плотники, угольщики, охотники, слывшие в народе знатоками колдовского искусства. После христианизации Европы помощи при болезни стали ожидать и от священника, в некотором смысле посредника между миром земным и горним.

При диагностике народная М.а, не стремясь изучить причины болезни, обычно сосредоточена на внешних ее проявлениях, наиболее ярких симптомах. Так, любые болезни - будь то заболевания сердца, ревматизм или невралгия, - имеющие на самом деле различные этиологии, но обнаруживающие себя внезапной локальной болью, считались проявлениями одного заболевания -«выстрела» («стрела», «укол», «удар»). Точно так же самые разнообразные болезни объединялись под общим именем «лихорадка», которая, как известно, чаще всего является лишь симптомом, и не всегда главным. В случаях, когда суть болезни сразу установить не удавалось, прибегали к разнообразным процедурам: прорицаниям в состоянии транса, гаданиям на костях и внутренностях жертвенных животных, на зернах ячменя, по полету птиц. Подобным же образом прогнозировали и грядущий исход заболевания. С распространением христианства в диагностике и прогностике стали прибегать к гаданию на священных книгах - псалтыри, Библии. Особо важное значение отводилось толкованию снов.

Приемы и средства народной М.ы в той или иной степени подходили под определение запрещаемой церковью магии. Постановления церковных соборов, папские буллы, многочисленные положения «покаянных книг» на протяжении нескольких столетий постоянно возобновляли эти запреты, грозя нарушителям самым строгим покаянием. «Покаянные книги» упоминают также разнообразные магические целительные обряды: страдающих лихорадкой детей женщины сажали на крышу, обрызгивали кипятком, слабых и недоношенных новорожденных клали на печную заслонку и трижды с заклинаниями засовывали в хлебную печь (обряд «допекания»).

Переосмысление традиционных целительных средств с позиций христианства в народной среде внешне заключалось во включении в текст магического обряда христианской символики. Одновременно стремление церкви если не искоренить языческую обрядность, то хотя бы подменить ее христианскими целительными ритуалами, уже в XI-XII вв. приносит свои плоды. Все чаще в целительных обрядах находят применение предметы христианского культа, эффективность чего подкрепляется обращением к Христу, Богоматери, святым, чтением молитв, использованием крестного знамения. Старые языческие словесные формулы подвергаются редактированию в христианском духе; уже в VIII-IX вв. появляются собственно церковные сакральные формулы благословения (benedictiones), изгнания бесов (exorcismi), заклятия (consecrationes) и сопровождающие их ритуалы. С XIII в. по их образцу создаются народные благословения, практикуемые вне литургии и мирянами. Исполнение многих обрядов - целительных или профилактических - приурочивается к большим церковным праздникам. Так, целебной считалась вода, взятая из самых обычных источников в канун Рождества или Пасхи. Поскольку церковь запретила амулеты, в обиход входят миниатюрные евангелия или капсулы с фрагментами из евангельских текстов и даже отдельными словами, с реликвиями, принесенными из паломничеств, изображения Христа, Девы Марии, святых. Наиболее популярными, желанными, но далеко не всем доступными были, конечно же, мощи святых, фрагменты их одежды, волосы, ногти. Карл Великий, например, носил на шее сосудик из горного хрусталя с волосами Девы Марии. Не только простолюдинам, но и многим священникам разница между дозволенными и осуждаемыми амулетами не всегда была понятна. Тогда же многие целебные травы перешли «в ведение» христианских святых, Христа, Девы Марии. Сбор их также стал приурочиваться к церковным праздникам и сопровождался уже не заклинаниями, а чтением Pater noster и Credo; предназначенные для лечебных снадобий травы освящали в церкви. После мессы священник благословлял больных и их «лекарства» - травы, яблоки, чеснок, лампадное масло, раздавал святую воду, а иногда и сам становился участником целительного действа. Возникают специальные молитвы и мессы на случай определенных болезней: месса св. Либерия, как считалось, помогала избавиться от камней в почках, месса св. Роха - избежать чумы, ежедневная молитва, обращенная к св. Аполлонии, предохраняла от зубной боли и т.п. С расцветом культа святых в высокое средневековье популярнейшим средством исцеления становится паломничество. Реликвии прикладывали к больным местам, возлагали на голову больного, освящали ими воду или вино; маслом, взятым из лампад или благословленным у гробниц святых, мазали больные части тела; пыль, каменную крошку с гробниц носили при себе как амулет или разводили в воде и выпивали как лекарство. Жаждущие исцеления больные приносили святому обет и вотивные дары (изображения больных органов и частей тела, деньги, продукты, воск и т.п.), что также считалось залогом искомого исцеления; целительный эффект ожидался от взвешивания на весах у могилы святого, купания или выпивания воды из источника, находящегося под его покровительством.

В итоге в сфере народной целительной практики функционировал целый спектр разнообразных профилактических, диагностических, прогностических и терапевтических средств, от гонимых церковью архаических магических обрядов, восходящих к древним природным культам, культу мертвых, и подвергшихся лишь внешней христианской редакции словесных формул, до, условно говоря, церковной магии, лечения с помощью сакраменталий («малых таинств»), молитв и месс, чудесных исцелений святыми и их реликвиями.

Литература: Арнаутова Ю.Е. Тревоги повседневной жизни: болезни, представления об их причинах и лечении // Средневековая Европа глазами историков и современников. Вып.III. M., 1993; Гуревич А. Я. Средневековый мир: культура без-молствующего большинства. М., 1990; Сорокина Т. А. История медицины. М., 1994; Топорова Т. В. Язык и стиль германских заговоров. М., 1996; Уотт У. М. Влияние ислама на средневековую Европу. М., 1976; Biraben J. N. Les hommes et la peste en France et dans les pays européens et méditerranéens. T. I-II. P., 1975-1978; Diepgen P . Über den Einfluß der autoritativen Theologie auf die Medizin des Mittelalters. Mainz, 1958; Hovorka O. v., Kronfeld A. Vergleichende Volksmedizin. Eine Darstellung volksmedizinischer Sitten und Gebräuche, Anschauungen und Heilfaktoren, des Aberglaubens und der Zaubermedizin. Bd. l-II. Stuttgart, 1908-1909; Jacquart D., Micheau F. La médecine arabe et l'Occident médiéval. P., 1990; Kieckhefer R. Magie in the Middle Ages. Cambridge, 1990; Meyer-Steineg Th., Sudhoff K. Geschichte der Medizin im Überblick mit Abbildungen. Jena, 1950; Seh ipperges H. Der Garten der Gesundheit. Medizin im Mittellalter. München, 1985.

Ю. Е. Арнаутова

В начало словаря

© 2000- NIV