Словарь средневековой культуры
ГОРОД

В начало словаря

По первой букве
A-Z А Б В Г Д Е З И К Л М О П Р С Т У Ф Ч Ш

ГОРОД

ГОРОД - особый тип поселения, характеризующийся рядом существенных структурных особенностей и специфическими функциями в системе средневековой социальной и культурной жизни. К числу важнейших черт средневекового Г.а относятся его экономические функции, своеобразие правового и административного устройства и особый тип культуры, носителями которого были члены городского сообщества. Экономические функции Г.а определялись тем, что он был местом преимущественного сосредоточения неаграрного, ремесленного производства и хозяйственной деятельности, связанной с товарообменом и денежным обращением. Г. представлял собой и особый тип социальной организации; городское сообщество конституируется как корпорация, внутренняя структура которой, равно как и взаимоотношения с внешним миром регулировались особой системой правовых норм, городским правом. Разработанность правовых оснований городской жизни обусловливала.автономное положение Г.а как самостоятельной административной и политической единицы. Наконец, городская среда характеризовалась специфическим стилем жизни, миросозерцанием, культурой, типом социального поведения ее обитателей. Понятие средневекового Г.а и городской жизни сформировалось в науке Нового времени как антитеза аграрному миру средневековья - миру крестьян и феодальной аристократии, иногда отождествляемому с понятием «феодальное общество». В настоящее время радикальное противопоставление Г.а и «феодального общества» не признается оправданным: специфические структурные особенности городской жизни не исключают ее органической включенности в единую социальную и культурную систему средневековья.

Происхождение, периодизация и типология

Период раннего средневековья в большинстве регионов латинской Европы отмечен аграризацией хозяйства, угасанием Г.ов и перемещением центра социальной жизни в сельскую округу. Даже в Южной Галлии и Италии римские Г.а приходят в упадок. Тем не менее в ряде случаев можно говорить о тенденции непрерывного развития городских поселений от античности к средневековью; в частности, жизнь некоторых римских муниципиев не пресекалась не только в Средиземноморье, но и к северу от Альп, прежде всего в бассейне Рейна, хотя примеры Кельна или Трира выглядят исключением. Эта эпоха знала несколько периодов возрождения городской жизни, а в некоторых областях (например, в бассейне Мааса, на северном побережье Ла-Манша) уже в VI I-V1II вв. появляются новые поселения городского типа. Их массовое возникновение наблюдается в IX в. на широком пространстве от Южной Галлии до Центральной Германии. Эта вспышка оказалась недолгой и завершилась в эпоху викингов, грабительские рейды которых, потрясшие всю Западную Европу в IX-X вв., привели к новому затуханию процессов урбанизации. Упадок наблюдался преимущественно к северу от Альп, тогда как Италия в X в. вступила на путь восстановления городской жизни.

В XI в. «безгородскую» полосу развития завершает волна урбанизации, охватывающая большинство областей Западной и Центральной Европы; возникает особый тип городского поселения - собственно средневековый Г. Это стало результатом глубинных системных процессов, заложивших основы средневекового европейского общества и предопределивших его своеобразие. Средневековый Г. рождается в условиях хозяйственного подъема, решающие импульсы которого исходили из деревни, после разрушения римской городской культуры являвшейся в течение многих веков «ведущим сектором» (Ж. Дюби) исторического развития в Европе. Процесс урбанизации протекал под влиянием новых тенденций политического развития, а именно в условиях формирования системы иерархического распределения власти и локализации господства. Сеньориальная знать узурпировала у распадавшейся ран-несредневековой монархии военно-политические и судебно-административные права. На первых порах специфический «городской» образ жизни поселений, формирующихся вокруг укрепленных центров новой сеньориальной власти, был трудно ощутим, и политико-административное значение такого поселения превосходит его экономическую роль. С течением времени городские сообщества (независимо оттого, какой тип поселения стоял у их истоков - сеньориальный замок, торгово-ремесленное поселение, претерпевший эволюцию римский город, купеческая фактория) оказываются достаточно могущественными, чтобы заявить о себе как о самостоятельной силе. Городские общины добиваются автономии в рамках системы сеньориального господства, сами становятся носителями политической власти и юрисдикции. В Северной Франции завершение этого процесса датируется кон. XII - нач. XIII вв.; на полтора века раньше это произошло в Северной Италии и приблизительно столетие спустя - в Германии.

Можно выделить три этапа в истории средневекового Г.а и процесса урбанизации латинской Европы: 1) фаза генезиса, связанная с постепенным высвобождением отдельных городских поселений из-под прямого сеньориального господства; на этом этапе отношения городских общин с сеньорами формализуются, Г.а не только получают ряд привилегий в ведении хозяйственной деятельности, но и добиваются ограничения сеньориальной юрисдикции; 2) период апогея; он отмечен повсеместным распространением Г.ов и формированием типологически единой, несмотря на региональные различия, модели городской жизни. Г.а утверждаются как самостоятельная политическая сила и важнейший элемент хозяйственной системы, а городская община окончательно конституируется как автономное в правовом и административном отношении корпоративное сообщество; 3) период консолидации территориальной княжеской и королевской власти, когда Г.а становятся звеньями ее административной системы, местом локализации властных институтов и господствующей культуры.

При всех региональных и типологических различиях, повсеместно в Европе городские поселения обладали рядом общих характеристик, что позволяет говорить о едином феномене средневекового Г.а. Г. высокого средневековья - поселение, обособленное от окружающей территории в экономическом, правовом, топографическом и бытовом плане. В отличие от раннесредневековых рыночных мест и торговых факторий, для Г.а характерно стабильное население и его высокая концентрация. В XIII в. Г. с населением в 10 тыс. человек и площадью в 40 га считался крупным. К XIV в. численность населения таких значительных Г.ов, как Париж, Венеция, Милан и Флоренция, предположительно достигала 80 тыс. человек. Ок. 60 тыс. имел Гент, 30 тыс. - Брюгге; от 20 до 30 тыс. - Турне и Ипр; по 20 тыс. жителей насчитывали примерно в то же время Любек, Нюрнберг, Страсбург. Население большинства Г.ов в средневековой Европе, как Центральной, так и Западной, даже в позднее средневековье не превышало 500 - 1000 человек. В демографическом отношении, однако, Г. неизменно оставался зависим от деревни. Многолюдность Г.ов, высокая концентрация жителей имели оборотной стороной высокую смертность. Именно Г.а в наибольшей степени страдали от эпидемий, и воспроизводство населения осуществлялось главным образом за счет притока переселенцев извне, прежде всего - из ближайшей сельской округи.

Г. являлся важнейшим элементом процесса социальной хозяйственной специализации, а именно - принципиального разделения аграрного производства и торгово-ре-месленной деятельности. Купец и ремесленник были двумя центральными фигурами городского общества. Существенную роль играли и ростовщические, спекулятивные формы предпринимательства, из которых с течением времени выросла система банковского дела. Средневековый Г. гораздо более радикально, чем античный полис, выделился и обособился по отношению к сельской округе. Вместе с тем на протяжении всего средневековья существовало значительное число небольших Г.ов и местечек (в количественном отношении их было большинство), для жителей которых агрикультура имела не менее существенное значение, чем ремесло или торговля. Кроме того, особенности хозяйственных занятий горожан подчинялись своеобразию локальных моделей городского общежития.

В ряде случаев результатом коммунальных движений стало изгнание сеньоров за пределы Г.а. В соответствии с распространенным принципом - «городской воздух делает свободным» зависимый человек, проживший в границах Г.а определенный срок (довольно часто - год и день) освобождался отличного подчинения. Становление Г.а как автономной правовой корпорации, выступавшей своего рода коллективным гарантом защищенности своих членов от правового и политического произвола и вместе с тем устанавливающей строгие внутренние правила коллективного общежития, представляло собой принципиально новое явление в существующей системе властных отношений, основанной на связях личной верности и иерархической вертикали господства-подчинения. Коммунально-корпоративный принцип взаимной поддержки равных членов сообщества, став доминантой городской жизни, воспроизводился на разных ее уровнях - городской общины в целом, во внутригородских корпоративных объединениях самого разного плана (торгово-ремесленных корпорациях - гильдиях и цехах, приходских братствах и т.д.); наряду с центральными органами городского самоуправления, они стали эффективным инструментом административного регулирования городской жизни. Г.а в эпоху высокого и позднего средневековья представляли собой серьезную политическую и военную силу, были участниками «большой политики» этого периода.

Возникнув как особое, в сравнении с миром аристократического и сеньориального господства, образование, Г. не может быть, однако, ему противопоставлен. Он является порождением и функциональным элементом системы властных отношений, основанной на принципах личной верности и делегирования полномочий. Городское право выросло из системы феодальных привилегий и частноправового иммунитета и в процессе эволюции не утратило своей генетической связи с ней. Г., в сущности, выступал как «коллективный сеньор» (О. Бруннер), особенно в том, что касалось его господства над прилегающей сельской округой. В той или иной степени городские общины сохраняли связи со своими сеньорами и территориальными правителями, власть которых над Г.ом и вмешательство в его дела порой были вполне реальны. Многие Г.а, сформировавшиеся или основанные как автономные административные корпорации, выполняли роль опорных пунктов политического и экономического могущества государей или крупных сеньоров. В пределах Г.ов существовали зоны (отдельные дворы сеньоров, имущество церквей и т.д.) и функции, выпадавшие из сферы городской юрисдикции и подлежавшие сеньориальному контролю. Кроме того, принцип коммунального равенства горожан не был абсолютным; во многих Г.ах, особенно в Средиземноморье, значительную часть населения составляла родовая и земельная аристократия, сохранявшая традиционные привилегии и права.

История становления Г.а, прежде всего его высвобождения из-под сеньориальной власти, достижения политической и хозяйственной автономии, история тяжб и открытой борьбы с местными духовными и светскими сеньорами, поиска поддержки и покровительства со стороны королевской власти нашла свое специфическое отражение в городской мифологии. Она начинает усиленно формироваться с ХПГ в. в Г.ах Средиземноморья - в Италии и на юге Франции, а в XIV-XV вв. - в Г.ах Центральной Европы. Южные Г.а стремились возвести свое происхождение к седой древности и подчеркнуть, подобно, например, Тулузе, римские корни своих муниципальных институтов, что были призваны отразить их названия: сенат, консулат. «По свидетельству хроник, - утверждал в 1175 г. Уильям Фиц Стефан, - Лондон древнее Рима. Конечно, оба Г.а происходят от одних предков - троянцев, но Лондон основан Брутом раньше, чем Рим Ремом и Ро-мулом. До сих пор они используют одни и те же древние законы и учреждения. Лондон даже, подобно Риму, разделен на кварталы; здесь ежегодно избирают шерифов вместо консулов; в нем существует сенаторское достоинство и низшие магистратуры, а на улицах - источники и акведуки... Г. Лондон породил немало мужей, которые покорили многие королевства и Римскую империю, и многих других, которых доблесть вознесла к богам, как было обещано Бруту оракулом Аполлона...». Символом городской свободы в Бремене служила установленная у ратуши статуя Роланда. Она была призвана подтвердить древность бременских вольностей, пожалованных, согласно городской мифологии, еще Карлом Великим, но впоследствии попранных архиепископом. Образы античных героев и ветхозаветных персонажей на порталах городских зданий отражали рост самосознания городской общины и ее стремление расположить себя в историческом пространстве. С кон. XII в. получает распространение литературный жанр «похвалы» городским достопримечательностям - величественности собора, добротности мостов и укреплений, бесценности святынь, учености местных магистров и теологов.

В русле схоластической учености вырабатывается специфическая концепция Г.а, утверждавшая его высокую оценку в общественном сознании. Крупнейшие теологи XIII в. Гильом Овернский, Фома Аквинский и его ученики Жиль Римский и Петр Овернский, следуя за Августином и Аристотелем, уподобляли средневековый Г. латинской civitas и греческому полису. Они развивают представление о Г.е как целостном организме, призванном обеспечивать благоденствие всех составляющих его граждан, каждый из которых стремится к общему благу. Исходя из аристотелевской формулы человека как «существа политического», Г. - единственная достойная человека и адекватная ему форма существования. Г. возвышается над окружающим его миром деревенщины как непреходящая форма цивилизации, гармоническое, благополучное, счастливое сообщество.

Социальная топография

Рост Г.а предполагал особый род «освоения» пространства. Уже с кон. XIII в. сельская округа многих Г.ов из совокупности разрозненных владений превращается в замкнутую территорию собственного сеньориального господства Г.а. Сюда входили не только деревни, но и относительно небольшие Г.а. Таковы контадо Флоренции, Милана, Венеции, территории трех гигантов фландрского сукноделия - Ипра, Гента, Брюгге, немецких центров экспортных ремесел - Кельна, Ульма, Нюрнберга и многих др. Г. навязывал жителям округи свои цены, меры веса и объема, стимулировал к своей выгоде разведение тех или иных сельскохозяйственных и технических культур, развитие отдельных ремесел, что было чревато негативными последствиями для крестьянского хозяйства и аграрного производства округи в целом, как это имело место во Фландрии в кон. XII -сер. XIII в. Подобно аристократии презирая «деревенщину», Г., в свою очередь, сеял в крестьянском сознании зависть или неприятие по отношению к собственным богатствам и образу жизни.

Во Франции городские стены как повсеместное явление - феномен XIV в., но и тогда их возведение не в последнюю очередь объясняется «эффектом Столетней войны» (Ж. Ле Гофф). В регионах, бедных природным камнем, как, например, в Северной Германии, городские укрепления не только в высокое, но и в позднее средневековье сводились к земляным валам. Тем не менее стены - символ Г.а, одна из составляющих его образа, в глазах современников, на протяжении всего средневековья, о чем свидетельствует характерное воспроизведение их отдельных репрезентативных элементов - ворот, мостов, башен - на порталах коммунальных зданий, на городских печатях, в иконографии книжных миниатюр в качестве городской эмблематики. Право на возведение стен добывалось в борьбе с сеньором, на чьей земле Г. рос, наряду с привилегиями вершить суд, собирать таможенные и рыночные пошлины и другими свободами.

Средневековый Г. порываете правильной планировкой внутреннего пространства, свойственной античному Г.у. Жизнь его, подчиненная другим идеалам, концентрируется вокруг собственных точек притяжения. Важнейшим фактором структурирования внутригородского пространства являлись специфические экономические функции Г.а, которые заявляют о себе в соответствующих архитектурных сооружениях. Это в первую очередь рынки и спонтанно возникающие улицы торговцев и ремесленников. В представлениях современников выкристаллизовывается осознание особой важности рынка как центра городского пространства. Со временем расширение городской самостоятельности, рост богатства и политического влияния Г.а приводят к появлению общественных зданий, мест сосредоточения институтов городской власти. К числу важнейших городских объектов относились также цеховые дома, продовольственные склады (зерновые, соляные), арсенал, школа, танцевальный дом, госпитали, бордель, бани, темница.

Первое место в ряду коммунальных зданий и по времени появления, и функционально принадлежит беффруа - возведенной из камня башне с колоколом или звонницей наверху. Возвышавшаяся над городскими жилищами, она выполняла сторожевую функцию. Колокола беффруа были также одним из важнейших инструментов организации внутреннего ритма городской жизни в соответствии с хозяйственными и общественными нуждами самих горожан. Это новое, «бюргерское», светское по своему характеру время разительно отличалось от времени природных циклов аграрного календаря и от времени церкви, подчиненного задачам литургики. Показательно, что подобные сооружения ранее всего появляются на севере Франции в епископских Г.ах с развитым сукноделием, которое нуждалось в строгой организации трудового процесса и измерении продолжительности рабочего дня. Здесь уже в XI в. развернулась борьба горожан за высвобождение из-под церковной опеки, за самоуправление, в том числе за право иметь «свое время». Колокол беффруа - важнейший инструмент городской коммуникации, и средневековый горожанин хорошо ориентировался в знаковой системе его ударов. «Если я бью в один край, - гласила надпись на набатном колоколе Кельна, - это восстание, пожар или убийство, но если я бью в оба края - значит избран новый совет». Третий удар колокола соответствовал наступлению темноты. Тому, кто собирался покинуть жилище, он предписывал взять с собой фонарь. После удара «ночного» колокола нарушитель порядка и тишины рисковал провести ночь в темнице и уплатить штраф. Тот же «ночной» колокол служил знаком прекращения продажи спиртного: отсюда его название «питейный», «винный», «пивной»; после его удара прекращались азартные игры и развлечения и допуск новых посетителей в кабачки и таверны. С XIII в. в повседневную жизн ь ре-месленных и торговых центров входит звучание «рабочего» колокола, отбивающего время заключения торговых сделок и часы работы ремесленных мастерских. С нач. XIV в. на башне начинают устанавливать и механические часы со стрелкой. Они делали возможным визуальное восприятие времени и отражали стремление к более точной его фиксации.

Подобно беффруа, ратуша служит символом признания за городской общиной способности к коллективному действию и права самоуправления. Коммунальное здание могло располагаться, как в Мюльхаузене или Тулузе, на месте стены, некогда разделявшей Г. епископа и выросшее вблизи его торгово-ре-месленное поселение и разрушенной в результате совместно одержанной победы над сеньором. Нередко подобные постройки находились на главной рыночной площади, соседствуя там с крытыми рядами. На стене ратуши порой помещались изображения принятых в данном Г.е эталонов мер, веса и длины. Изображения там же позорного столба, цепей и наручников сообщали всем и каждому, что здесь вершится правый суд, и предупреждали о неотвратимом наказании, ожидающем бесчестного купца, должника или нарушителя общественного спокойствия. Для этого в подвале ратуши или башни беффруа имелась и темница. Зал судебных заседаний - главный зал ратуши. В ратуше хранилась городская печать, архив, казна, реликварий, на котором приносили присягу. Здесь принимали высоких гостей, устраивали пиры и танцевальные вечера, призванные продемонстрировать сплоченность патрицианских родов, в чьих руках находилась реальная власть в Г.е.

С кон. XIV в. в Г.ах появляется новый урбанистический элемент - танцевальные дома. Их стремительное распространение сопряжено с глубокими социальными и культурными трансформациями в городском обществе. Танец в городской среде перестает восприниматься как элемент исключительно ритуально-магической практики. Организованное телесное движение танца становится одним из инструментов социальной репрезентации, демонстрации групповой солидарности, незыблемости сословного порядка - таковы танцевальные вечера патрициата. Танцевальный дом располагался непосредственно на главной площади, неподалеку, а иногда бок о бок с ратушей и церковью, так что звуки флейт и труб нарушали благочестивый настрой прихожан, что порождало потоки жалоб. Танцы как элемент праздничной культуры и повседневной практики играли большую роль в жизни горожан. Среди ремесленников, среднего бюргерства были распространены танцы-процессии, подчеркивающие групповую общность и символизирующие мир. Танцы такого типа устраивались по случаю завершения судебных разбирательств, заключения договора и других правовых действий. Танцы с обручами, мечами, палками, предметами, символизирующими изделия ремесленного производства той или иной отрасли, были обязательным элементом цеховых празднеств. В среде простого люда, недавних выходцев из деревни, были распространены танцы, содержащие отголоски аграрных культов, преследовавшиеся духовенством как «грубые и бесстыдные». Близки им по своей природе и танцы-хороводы вокруг дома или очага.

Социальная топография отражала рациональность организации и административную упорядоченность городской жизни. Набирающая силу коммунальная власть из соображений санитарии, фискальных и полицейских целей уже с кон. XII в. стремится регулировать расселение жителей по улицам или кварталам в соответствии с их профессиональными занятиями. В Г.ах появляются улицы ремесленников определенных профессий - бочаров, скорняков, плотников, кварталы галантерейщиков, мясников и т.п. Этот процесс красноречив и показателен также как отражение особого качества городского поселения - как средоточия специализированного производства; здесь, в отличие от деревни, даже исконно домашние занятия, как-то выпечка хлеба или производство пива, становятся обособившейся профессией. Ремесленники близких специальностей расселяются на соседствующих улицах, в кварталах одного прихода. Таким образом, профессиональная связь дополнялась и скреплялась узами соседства. Богатые и знатные горожане, как правило, заселяли кварталы т.н. старого Г.а - улицы вокруг главной рыночной площади, старинных продовольственных рынков, в то время как простые ремесленники обосновывались на городской периферии. Прибывавшие в Г. иммигранты расселялись, особенно в больших Г.ах или портовых центрах, по принципу землячеств. Так, в Париже возникла знаменитая улица Ломбардцев, где жили выходцы из Италии, менялы и ростовщики. С поквартальной организацией переплеталась дифференциация городского населения по территориальным братствам, складывавшимся из прихожан отдельных церквей; на нее накладывалось объединение полноправных мастеров и купцов, собственников мастерских и лавок, в профессиональные корпорации - цехи и гильдии, а работающих в их мастерских по найму квалифицированных работников - в братства подмастерьев. Торгово-ремесленные корпорации были представлены в Г.е и своими сооружениями - цеховой дом (если такового не было, то дом «самого старшего из старейшин», как значилось в уставе цеха портных в Л юнебур-ге), лавки, торговые ряды на рынках, церковь или капелла в церкви, пивнушки - своего рода клубы, где происходили застолья цеховых мастеров.

Бюргерский дом - символ и свидетельство принадлежности к городскому сообществу, знак индивидуального и фамильного статуса. Высшей мерой наказания за преступления против Г.а было разрушение дома, равносильное изгнанию. Со средневековья начинается контроль за качеством городской застройки, вводятся ее унификация, регулярность, меры противопожарной безопасности, формируется новая эстетика урбанистической организации пространства. Городские власти пресекали стремление бюргеров расширить за счет коммунальной улицы и коммунальной земли жилое пространство тянувшихся ввысь домов путем сооружения эркеров, навесных балконов, лоджий, лестниц, хозяйственных камор. В кон. XII в. в Г.ах Тосканы была учреждена специальная «служба для поддержания красоты», в ведение которой входило, среди прочего, особое наблюдение за состоянием строений вокруг больших площадей и главных улиц. С сер. XIII в. подобные службы появляются и в Г.ах к северу от Альп. Сознанием важности проблемы городского благоустройстЕа постепенно проникались и простые горожане, в завещательных актах которых множатся специальные пожертвования на «улучшение улицы», «дороги», «моста». Специфическим элементом средневекового городского пейзажа становятся с XIII в., прежде всего в итальянских Г.ах, фасады и карнизы богатых домов, украшенные скульптурными изображениями Богоматери, святых, героических личностей, иногда самого хозяина дома, его фамильного герба и т.п. Знак социального престижа, стремления домовладельца выделиться, эти украшения, вместе с тем, служили важными ориентирами в системе городских коммуникаций, вводя сами эти дома в число городских достопримечательностей, наряду с украшенными скульптурой фонтанами на главных площадях, крестами на перекрестках. Обеспечение чистоты и соблюдение жестких санитарно-гигиенических мер было жизненно важной проблемой для многолюдного городского поселения, сконцентрированного на узком, замкнутом укреплениями пространстве. Предписания городских властей запрещали делать сточные канавы таким образом, чтобы нечистоты разливались по улице; никто не должен был выбрасывать на улицу навоз из стойла, виноградный жом, экскременты. Подобные запреты характерны для французского Арраса в той же мере, как и немецкого Нюрнберга, итальянских Болоньи, Падуи или Вероны. Они отражают изменения в обыденном сознании и поведении, которые нес с собой городской образ жизни. Именно в Г.ах впервые и достаточно рано была осознана опасность загрязнения источников питьевой воды и важность соответствующего регулирования месторасположения колодцев, фонтанов и отхожих мест, а также создания специальных коммунальных служб для их очистки. Соответствующие постановления появляются в Г.ах Западной и Центральной Европы уже с кон. ХШ - нач. XIV вв. Первые сведения о городских мостовых происходят из Парижа XII в. С XIV в. мощение улиц распространяется и в Центральной Европе, хотя и в позднее средневековье многие Г.а довольствовались настилами и насыпями вдоль домов вместо тротуаров.

Мир феодальной аристократии в городском пространстве заявляет о себе сеньориальной крепостью, а также символами и инструментами высшей юрисдикции, к числу которых относятся позорный столб на главной рыночной площади, виселица за городской стеной, тюрьма при замке. Настоящими замками предстают дома-крепости городской знати.

* * *

Г. - это место формирования специфической культурной среды, своеобразие которой, в сопоставлении с аграрным обществом, определялось иными формами интеллектуальной и художественной деятельности, равно как и механизмами коммуникаций. Эта среда создавала особый социальный тип горожанина, общие поведенческие, культурные и психологические характеристики которого существовали наряду с многочисленными градациями городского населения. Рациональность, расчетливость, индивидуализм, социальная мобильность отличали жителей Г.а. Грамотность и образование именно в Г.е отчасти теряют свой элитарный и религиозный статус, становятся элементом повседневной хозяйственной практики. Многообразие функций, социальных ситуаций, в которые так или иначе оказывался вовлечен житель Г.а, его участие в интенсивном информационном обмене формировали более высокую, чем в аграрной среде, предрасположенность к смене традиционных форм существования, готовность к их изменению. На протяжении XI-X1V вв. Г.а становятся центрами рождения новых социальных и хозяйственных технологий, таких, как совершенствование транспортных средств и дорог, системы обмена информацией, банковское дело и предпринимательская практика. Свобода горожанина, несмотря на ее укорененность в системе средневековых правовых.представлений о корпоративных привилегиях, несла в себе зачатки формального юридического признания гражданских свобод личности.

В Г.е сходятся, пересекаясь, основные со-цио-культурные пласты средневекового общества: традиции аграрного деревенского мира, военной аристократии, монастырской культуры. На его площадях и улицах с ученой латинской культурой соседствовала культура народного праздника, с благочестивой проповедью монаха-минорита - бурлеск жонглера и театральное действо, с церковной процессией - шаривари и рыцарский турнир. Городская площадь, впитавшая и синтезировавшая разные элементы народной и церковной культуры, стала местом рождения средневекового карнавала. Наиболее совершенные образцы готического искусства были созданы в Г.е. В них религиозные идеи христианства переплелись с новыми потребностями благочестия мирян и интеллектуальными построениями схоластики. К городским школам в XII-XIII вв. переходит интеллектуальная инициатива, принадлежавшая ранее монастырям. Городские школы стали тем основанием, на котором выросла система университетов. Одним из важнейших последствий этого культурного переворота стало формирование в Г.ах нового для средневекового общества социального типа - профессионального интеллектуала, человека книжной культуры, получающего за свой труд, подобно представителю любой ремесленной профессии, плату. Книга в Г.е с кон. XII в. в значительной степени меняет свой статус преимущественно сакрального объекта, ее функции все более рационализируются. Созидательная мощь городской культуры была столь велика, что начиная с XIII в. «культура, искусство, религия имеют уже прежде всего городской облик» (Ж. Ле Гофф).

Литература: Стоклицкая-Терешкович В. В. Происхождение феодального города в Западной Европе // Вестник МГУ. Сер. обществ, наук. 1955. Т. 1. С. 3-25; Ястребицкая А.Л. Основные проблемы ранней истории средневекового города в освещении западной медиевистики // Средние века. Вып. 43. 1980. С. 218-274; она же. Средневековая культура и город в новой исторической науке. М., 1995; Ваrеl Y. La ville médiévale: système social, système urbain. Grenoble, 1975; Brunner О. Stadt und Bürgertum in der europäischen Geschichte //Idem. Neue Wege der Sozialgeschichte: Vorträge und Aufsätze. Göttingen, 1956. S. 80-97; Duby G. L'urbanisation dans l'histoire // Études rurales. 1973. N 49/50; Ennen E. Frühgeschichte der europäischen Stadt. Bonn, 1953; Heit A. Die mittelalterliche Stadt als begriffliches und definitorisches Problem// Die alte Stadt. Darmstadt, 1978. Bd. 5. S. 350-480; Histoire delà France urbaine. T. 2: La ville médiévale. P., 1980; Isenmann E. Die deutsche Stadt im Spätmittelalter 1250-1500. Stuttgart, 1988; Renouard Y. Les villes d'Italie de la fin du Xe siècle au début du XIVe siècle. P., 1969.

Л. Л. Ястребицкая

В начало словаря

© 2000- NIV