2.5. Наука и образование как особый цивилизационный блок

II. СТРУКТУРА ЦИВИЛИЗАЦИОННОГО ПРОСТРАНСТВА

Цивилизация представляет собой социум, в котором помимо указанных выше процессов, постоянно происходит смена поколений. Поэтому важнейшим условием нормы человеческого бытия является беспрерывная передача положительного опыта от одного поколения к другому. Это происходит с помощью образования и науки. Наука представляет собой фиксированный конструктивный опыт взаимодействия человека с природой и обществом в пространствах перечисленных выше блоков цивилизации. Этот конструктивный опыт должен отвечать двум условиям:  во-первых, он должен быть понятен и, во-вторых, его возможно легко передавать из поколения в поколение. Таким условиям отвечают законы науки как форма выражения конструктивного опыта. Конструктивность определяется тем, насколько знания соответствуют действительному положению дел. Это соответствие традиционно называется истиной, поэтому наука стремится к тому, чтобы открывать и формулировать истинные законы. Наука, таким образом, представляет собой систематизированное знание, оформленное в виде законов. В этих законах отражаются, как правило, объективные связи, существующие в природе и обществе, эффективные способы расщепления и перекомбинации вещества и энергии, реальные и потенциальные возможности природы, а также человека.

Образование представляет собой разветвленную систему передачи знаний от одного поколения к другому.

Возникает вопрос: правомерно ли относить науку и образование к цивилизации? Казалось бы, более логичным и привычным считать их частью культуры, но по нашему мнению, и наука, и образование имеет своим основанием служение технологичности, т.е. цивилизации  – это главное. Кроме того, наука и образование лишены многих признаков культуры. Так, еще Аристотель разделял добродетели на два вида: дианоэтические (мышление, знание), которые влияют на их формирование, и этические, вырастающие  на несоциональной основе, – это такие добродетели характера, как щедрость, умеренность, справедливость[37].

Также Бергсон настаивал на том, что наука не входит в сферу морали[38], наконец, что немаловажно, в науке истина имманентна, и в этом качестве она лишена признака истины трансцендентной. Священник Е.Ф.Сосунцов писал: "Истина вечна и неизменна, но способы ее выражения временны и переменчивы"[39]. В этом противоречие философского понимания истины: источник истины один, и в этом качестве она вечна и неизменна, но формулирует ее человек, чем сразу привносит в нее временное. Так что истина науки и истина веры – разные истины. Если мы всерьез начнем в рамках науки анализировать общечеловеческие, вечные истины, то в лучшем случае получим правила техники безопасности, а в худшем – получим колбасу. Может быть, одной из первых, кто показал абсолютную принадлежность науки к цивилизации, была Ханна Арендт, которая установила тождество логики и тоталитаризма. В своем "Происхождении тоталитаризма" она проницательно писала: "Тотальная, рациональная организованность – это признак как классических философских систем, так и современных деспотий"[40].

Наконец, приведем мысль Канта, о вреде, который наука приносит людям, о том, что наука выпадает из культуры, а, значит, входит в пространство цивилизации.  Таким образом,  пространство цивилизации состоит из пяти описанных выше блоков. Конечно, такое разделение на блоки цивилизационного пространства весьма условно, оно представляет собой целостную систему, которую пронизывают все противоречия, присущие этому пространству. Структура цивилизационного пространства такова, что любой сбой в любом элементе этой структуры рано или поздно оборачивается усилением и обострением основного противоречия цивилизации: между потребностями и ресурсами. Такое пространство создается человеком и, в свою очередь, формирует определенные человеческие качества. К их рассмотрению мы и перейдем в следующей главе.

Вернуться к оглавлению

© 2000- NIV