I. ВВЕДЕНИЕ. ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ

В 1952 году Б.П.Вышеславцев провидчески писал: "Преодоление индустриализма есть задание будущей истории; "Закат Европы", предсказанный Шпенглером, есть несомненный закат индустриальной цивилизации. Но социально-психологический и философский анализ индустриализма еще не выполнен и творческий выход не указан. Больше того, проблема еще не осознана и не выстрадана. … Одно можно сказать сейчас: спасение заключается в восстановлении иерархии ценностей, в полном изменении духовной установки, в постоянной духовной революции"…[1]

Это было справедливо для середины двадцатого века и еще более справедливо это сейчас, в начале двадцать первого, когда мы и "выстрадали",  и должны осознать, и должны спастись.

О чем и рассказ в этой книге…

Кажется, сегодня особую актуальность приобрели известные слова Гегеля о том, что: "… Во всемирной истории благодаря действию людей получаются еще и несколько иные результаты, чем те, к которым они стремятся и которых они достигают, чем те результаты, о которых они непосредственно знают и которых они желают; они добиваются удовлетворения своих интересов, но благодаря этому осуществляется еще нечто дальнейшее, нечто такое, что скрыто, содержится в них, но не осознавалось ими и не входило в их намерения[2]". Не о том ли задолго до Гегеля писал Гераклит: "Не лучше бы было людям, если бы исполнялось все, что они пожелают", - речь идет не о том, что не все исполняется из наших желаний, а том, что исполняется значительно больше; результаты  наших действий значительно богаче наших целей и стремлений. Применительно к нашей теме можно сказать, что цивилизация и культура есть не только овеществленные цели, реализованные желания и действия человеческие. Цивилизация и культура – нечто большее, они включают нечто большее, чем того желаем мы. Феноменологически  цивилизация и культура включают в себя трансцендентное по отношению к человеку, и не только в сакральном, но и в профанном смыслах. Сегодняшние происходящие в мире события дают возможность содержательно сопоставить феноменологию человека и в культуре, и в цивилизации. Не случайно именно сегодня одновременно обостряются такие разновекторные проблемы, как, например, гуманизм и формирование рыночных отношений, проблемы поиска смысла жизни и экологические (глобальные) проблемы. Этика и искусство, наука и мистика, религия и ее модернистские варианты, "Война и Мир" - все смешалось в человечестве к концу двадцатого века и во всей этой мешанине идей и усилий рефреном звучит заклинание: ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ДОЛЖНО ПОЙТИ ЦИВИЛИЗОВАННЫМ ПУТЕМ. Поэтому разговор о человеке сегодня очень остро ставит проблему: а что же такое этот самый цивилизованный путь?

Эпоха Просвещения установила традицию полного отождествления цивилизации и культуры. С тех пор цивилизация рассматривается как разумное общество, а разум как сущность, сердцевина культуры. Вот как патетически описывал это тождество Лейбниц: "К довершению красоты и общего совершенства божественных творений надо признать, что во всей Вселенной совершается непрерывный и свободный прогресс, который все больше продвигает культуру. Так цивилизация  с каждым днем охватывает все большую и большую часть Земли"[3]. Словом, получилась формула: "Цивилизация = культура = прогресс". Именно с тех пор, наверное, и появилась у человека возможность говорить одно, а подразумевать  другое.

Следует  заметить, что в контексте советского менталитета, от имени марксизма, вместо традиционно рассматриваемого разума как основания отождествления цивилизации и культуры в качестве такого основания было предложено считать практику. Цивилизация, будучи деятельным пространством человеческой жизни, предстала полем для усилий человека по изменению мира. Пожалуй, нигде эта подмена основания, на котором базировалась идея тождества цивилизации и культуры, не была обозначена так предельно точно, как в известной формуле Ф. Энгельса: "Разум человека развивался соответственно тому, как человек научался изменять природу"[4].

Дело, конечно, не в том, что нет основания для такого отождествления и, даже, такой подмены одного понятия другим. Основание как раз есть, и это основание – человек. Дело в том, что такая подмена напрочь элиминировала из области рефлексии вечное в человеке, а в качестве "побасенки" - свободу человека. Культура и цивилизация составляют вместе, конечно, единство и оно, это единство, ежесекундно осуществляется бытием каждого человека. Мы видим свою задачу не в том, чтобы по полочкам разложить цивилизацию и культуру со всеми их компонентами, а как раз в другом: обнаружить в бытии человека стороны,  адекватные цивилизации и культуре, избегая, по возможности, подмены оснований.

В предлагаемом нами подходе, конечно, неизбежно теоретическое разведение цивилизации и  культуры, но такое разведение, которое не содержало бы желания найти в них контраверзу. Цивилизация и культура, как мы их здесь рассматриваем, – это способ в сегодняшних исторических обстоятельствах поставить вопрос: что такое человек, рассмотреть человека как единство цивилизации и культуры. Цивилизация и культура – это два измерения жизненного пространства человека, ковер его жизни, где уток – цивилизация, а основа – культура. Изготовление такого ковра – это жизнь каждого конкретного человека (личности, персоны): разные узоры – один ковер. Эта работа  (жизнь!) делает бытие человека внутренне противоречивым в этом единстве, делает человека существом активным. Цивилизация и  культура – это наша и нам данная данность, как два полушария человеческого мозга  или Земли, как вдох и выдох, как Ветхий и Новый завет.

Из совокупности выпавших на конец ХХ века событий сложилась возможность по-новому и, главное, глубже, чем это было возможным до сих пор, взглянуть на калейдоскоп исторических событий. С позиций начавшегося ХХI века, минувший век теперь складывается в некую новую, иную, чем привычная, комбинацию вещей и событий: обнажается их более глубокая сущностная основа. Основу эту составляет, на наш взгляд, все то же, традиционное для философии, проблемное поле "Человек – Мир", но в уже новой, обогащенной философскими исканиями, исторической конфигурации. Выделяя именно это поле, следует подчеркнуть значимость именно персоналистского его толкования, когда взаимодействие "Человек – Мир" понимается как значимое взаимодействие каждого человека с миром. Значимое для каждого человека, значимое и для всего мира. Под миром мы понимаем совокупность всех обстоятельств жизни человека и общества. Философская традиция накопила много способов структурализации мира: деление мира на реальное и нереальное, на объективное и субъективное, на человека, природу и общество, деление мира на имманентный и трансцендентный мир. Сосредоточим свое внимание на очень давних традициях структурирования мира, по принципу выделения в нем цивилизации и культуры.

Вернуться к оглавлению

© 2000- NIV